Жребий некроманта 4

Надеюсь, я хоть не обдул кровать! Моя рука лихорадочно метнулась к трусам и обнаружила, что они хоть и влажные, но из-за пота, а не потёкшего «крана».

Девушка оторвала голову от подушки и взволнованно протараторила, посмотрев на меня блестящими в полутьме глазами:

— Ты опять что-то бормотал во сне. Мне это уже категорически не нравится. С этим надо что-то делать. Я так неврастеничкой стану. Спокойно изволю спать, а тут под ухом словно пономарь молитву бормочет.

— А что я бормотал-то? — хриплым со сна голосом уточнил я, пытаясь воскресить в памяти посетившие меня сновидения. — Если какие-то гадости про твой новый французский парфюм, то я так на самом деле не считаю.

— Не знаю я, что ты бормотал. Вроде и не на русском языке вовсе, — проворчала княжна и со вздохом вернула затылок на подушку. — Что с тобой происходит? Неужели тебя так впечатлили те события в темнице Три сестры?

— Видать, впечатлили, раз кошмары который день мучают, — сознался я, облизал губы и закрыл глаза.

Перед моим внутренним взором стали мелькать эпизоды увиденных сновидений. Какая-то мрачная пещера со свисающими с потолка белёсыми кореньями. Зажжённые свечи из жёлтого жира, возможно, даже человеческого. Выровненный земляной пол с бороздками, заполненными кровью. Груда обезглавленных тел.

Висящие на крюках вниз головой трупы, из которых капала в вёдро кровь. Старинная книга, лежащая на столе из грубо сколоченных досок. И тень... в углу пещеры была тень. Густая и плотная, точно живая. И она не могла принадлежать человеку. В пещере никого не было кроме… меня. Между тем тень вроде бы даже что-то говорила мне. На этом-то моменте Анастасия и разбудила меня.

Фух-х-х, жесть. И это уже не первый кошмар, который мне приснился.

Но вот тень я увидел впервые.

Блин, так ведь реально свихнуться можно. Мне уже становилось страшно засыпать. А ведь ещё существовала вполне правдоподобная теория о том, что это не просто сны, а воспоминания Повелителя. От этой мысли мне становилось дурно, а сердце сжимали невидимые холодные тиски. А теперь я ещё начал говорить на каком-то языке.