Ржевский 2

Да он действительно как молния летает, - присвиснула переводчица. - Боюсь предположить, что у него в голове.

В этот момент завибрировал семейный амулет.

Шу вздохнула и спросила у главной двойняшки:

- Можно я из твоего кресла поговорю? Оно на трон похоже, мне это сейчас будет кстати.

- Без проблем, - легкомысленно разрешила чужая принцесса. - Эти малые троны теперь все наши, хозяин их вообще выбрасывать собирается. Поделим поровну.

- Слушаю. - Норимацу поторопилась расположиться на дорогой мебели и, успокоившись усилием воли, ответила на вызов.

Над столом из воздуха соткалось изображение самого Ивасаки - с трясущимися кольцами жира и теми самыми татуировками под одеждой, которые разглядела в памяти охранников менталистка.

- Ты где? - он сходу попытался надавить авторитетом.

- Это не ваше дело. Вы бесчестный человек, который не держит своего слова и абсолютно не ценит собственных самураев. - Идиома, но уместная. - Те двое охранников: менталистка моего партнёра прочла их память.

Слова лились легко, без усилий.

Шу подумала: ещё утром, до знакомства с Ржевским, она бы сейчас как минимум нервничала либо даже и вовсе недостойно напрягалась во время этого разговора. Всё-таки иерархическая разница между ними изрядна.

Сейчас же, после всего случившегося, её самоуважение за какой-то час выросло на пару порядков.

Во-первых, в очень непростом бою она смогла сдержать слово и не посадить на свою репутацию ни единого пятнышка. Более того: из полудесятка гвардейцев Наместника на ногах её усилиями в итоге едва стояла пара.

Этим можно гордиться.

Во-вторых, знакомство и подтверждённое партнёрство с Ржевским. Да, с ним не всё просто, но этого человека ждёт великое будущее - видно по размаху его мыслей и действий.

Третье и главное. Гайдзин Дмитрий очень хорошо показал, как надо держать своё слово и оберегать личное достоинство.

- Я не всё тебе рассказал. - Ивасаки, видимо, почувствовал перемены в собеседнице, поскольку сейчас первым отпустил взгляд.

Да ну?! Как накосячивший кот?!

Во взгляде младшей Норимацу неконтролируемое презрение засверкало вперемешку с гордостью за саму себя.

- Слушаю ваши оправдания. - Шу легко и спокойно смотрела на главу клана.

Тревоги в её душе больше не было. Неуверенности, колебаний, лишних мыслей - тоже.

Мудрые предки в буси-до не врали: если твои намерения чисты, а путь прям, голая рука действительно крошит отточенную сталь.

- Я бы не хотел доверять подобный разговор артефактам.