Мангазейский подьячий

Бывает, бежишь утром по росной траве, искрящейся бриллиантовым блеском под лучами ласкового рассветного солнышка, а в голове только одна мысль: «Если эти парни меня догонят – мне хана»… И тут между твоими ногами – почему-то всегда именно между ними – попадается эта колючая мерзость, которая радостно впивается в тебя своими колючками, так, что невольно подпрыгиваешь и чуть не попадаешься в руки тем, кто пыхтит у тебя за спиной.

Невысокий, колючий стебель, колючие листья, колючий фиолетовый цветок на макушке – все колючее, все.

Узнаете? Да, это та самая трава, что носит одно любопытное название, которому она полностью соответствует.

Чертополох.

Пугающий чертей.

***

Не знаю, как я догадался, скорее всего, мне подсказала нечеловеческая прыгучесть блондинки, но я бросил в нее не что-то другое, а именно траву, отпугивающую всякую нечисть.

Девица взревела утробным жутким басом и, извернувшись совсем уже неестественным образом, отскочила от чертополохового порошка.

И я понял, что мы влипли.

Еще глубже.

Это не человек.

Это бесовка.

Только в человеческом теле.

Глава 11

К сожалению, человеческое тело ненамного снизило бесовские возможности, собственно, именно его нечеловеческая пластика и подсказала мне, что передо мной – не человек. Максимум – она не может уйти в невидимость или стать бесплотной. Что нисколько не успокаивает – судя по исказившемуся лицу, она от нас скрываться и прятаться не собирается…

Возможности тело не снизило. А вот воздействие чертополоха – снизило.

Да еще как. Если для обычного беса чертополох – как нервно-паралитический газ, то для бесовки в теле человека – как молотый перец. Да, неприятно, да, жжется, но перетерпеть можно. Зато как разозлится тот, кому в лицо сыпанули молотого перца…

Бесовка разозлилась.

В фильмах-боевиках девушка смело бросается в бой против здоровенных амбалов и побивает их руками и ногами, в «драке в танце». Ну как же – нужно ж показать, что женщины ничем не уступают мужчинам.

Бесовка же, которой никому ничего не надо было доказывать, в рукопашную и не пошла.

Она выбросила вперед руку и выкрикнула Слово.

Эть!

Нет, это не Слово. Это – звук. Звук, с которым меня впечатало в стену ударом какой-то воздушной подушки. Воздушное Слово, очевидно же.

Пока я сползал вниз, а в моей голове затихали колокола, Бесовка – имени-то ее я до сих пор не знаю – развернулась к Насте… А Настя уже заканчивала произносить Огненное Слово.