Мангазейский подьячий

Во второй половине дня, когда, видимо, морозовским уже примерно стало понятно, что произошло – вернее, где побывала блондинка-бесовка – в ход пошла тяжелая артиллерия. Вернее, полулегкая, в лице среднего сына – тяжелая, то бишь, сама боярыня, до сих пор не показывалась людям на глаза.

Морозов-средний прошелся по всем домам, где видели бесовку, и спросил каждого, что он знает о произошедшем. Тем самым, особым, боярским, способом, когда соврать в ответ на вопрос категорически невозможно.

Ну, если ты не сын боярского рода, конечно.

***

- В твой дом вчера приходила девушка, светлые волосы, голубые глаза?

- Приходила, - кивнул я, стараясь одновременно выглядеть достаточно убедительно-открытым и не скатываться при этом в монотонную пародию на загипнотизированного. Благо, у меня есть специалистка, которая знает, как себя ведут попавшие под боярское Повеление отвечать на вопросы.

- Что спрашивала?

Вот в этом отличие боярской менталистики от зомбирования. Зазомбированный в ответ на такой невнятный вопрос мог бы начать уточнять, кто спрашивал, у кого спрашивал, да когда спрашивал или, наоборот, удариться в словесный понос.

По крайней мере – в фильмах так. Попавший под Повеление ощущал себя так, как будто ведет незначащий разговор с каким-то хорошим знакомым, и отвечал соответственно.

- Был ли я в доме бояр Морозовых.

- А ты… - глаза Морозова-среднего потемнели еще больше, как у гримма из сериала, - Был там?

- Нет, не был.

Или я убедителен во вранье или – что вероятнее – Морозов, как и любой боярин, слишком полагался на свои способности и попросту не отслеживал невербальные сигналы (вон я какие умные слова знаю.

Правда, не уверен, что правильно их употребляю – но знаю же!).

- Что потом?

- Потом она ушла.

- Кто еще в доме живет?

- Прислуга.

- Мужчины?

- Женщина с дочерьми.

Судя по лицу – а вот я умею отслеживать невербальные сигналы! – Морозов потерял ко мне интерес. Оно и неудивительно – мы наверняка были не первыми, к кому она заглянул.

Плохой из тебя сыскарь, мальчик Леша. Попробовал бы ты потерять концентрацию во время домовых обходов с опросами свидетелей, будучи подьячим Разбойного Приказа. Розог бы получил, не меньше. У меня такого не было, конечно, но розги – штука неприятная. И спина потом долг заживает.

Глаза Морозова чуть посветлели:

- Я выйду, и ты забудешь, о чем я тебя спрашивал, - монотонно произнес он, уже не раз повторенную сегодня фразу.

Я чуть не кивнул в ответ.