Князь Демидов. Том VI

Ученые всего мира обеспокоены ситуацией с Сербскими рогоносыми драконами. Но как заявил учёный-мэтр Орландо Кавински – из-за индустриализации и урбанизации, которые буквально захватили мир, огромных ЭПТ класса «Монстры» становится всё меньше. Они просто не смогли пережить следующий шаг эволюции. На замену приходят более компактные духи, размером с мышь или даже насекомое. Будущее за миниатюрными ЭПТ – заявляет Кавински. На данный момент Чёрных рогоносов осталось около пятидесяти штук. Все коллекционеры мира мечтают получить такого фамильяра себе.

Но у Отца драконов очень специфический нрав! Ходят слухи, что они сильно подвержены одорной цессугестии (процессу условного самовнушения у духов второго и третьего рангов, заключающийся в получении эйфории от некоторых запахов). Из-за этого в общении Хозяина и Фамильяра могут возникнуть определенные этические трудности.»

(Ист: Глава 14. Параграф 7. Учебник «Духоведенье» для первого курса Императорского Университета. Автор: Брунге В.С. 1966 год)

Кажется, теперь я вспомнил про личный опыт выступления перед камерой.

Причём, этот обрывок всплыл в голове сразу, как только Уткин подвёл меня к съемочной группе.

Тот инцидент произошёл в моей первой жизни… То есть - настолько давно, что разум никак не хотел формировать его в цельное воспоминание.

В общем, пришлось сильно напрячь извилины, чтобы увидеть чёткое видение.

Я стоял на сцене огромного концертного зала. Казалось, что ещё недавно здесь гремела популярная группа, сопровождаемая криками преданных фанатов… Но сейчас проходило одиночное выступление, которое явно не было связано с музыкой.

Только я и несколько тысяч заинтересованных взглядов, которые сконцентрировались на мне… И, что же это такое? Шоу? Или, может быть, выступление поэтов? Нет…

Судя по ощущению невероятного напряжения и людям в военной форме в первых рядах – скорее всего, я принимал участие в масштабном отчёте перед руководством. Такое случалось, когда кто-то сильно накосячил. Очень сильно накосячил… Причём, в масштабах целой страны.

В противном случае меня бы просто вызвали на «ковёр».

Не представляю, откуда я это знаю, но как будто в голове вновь послышались отзвуки давно забытой мелодии… Это даже не чёткое воспоминание, а скорее лишь лёгкий её отзвук. Как будто оно находилось здесь, но спустя много лет - испарилось…

Камера, словно снайперская винтовка - была направлена прямо на меня. И внутри скребло чувство максимальной беззащитности, будто я стоял перед зрителями совсем без одежды.