Князь Демидов. Том VI

- Взяли на работу слепней на свою голову… - выдохнул кроль, и кое-как припрыгав ко мне, начал кланяться: - Извините, Ваше Благородие! Эти идиоты будут наказаны!

- Да, ладно… Они ж аккуратно.

- Ну, так ещё бы… - фыркнул Серёга и поправил очки: - Если мы причиним вред человеку – нам хана.

- Хватит нести чушь! Идите по своим местам. – выдохнул жирный кроль: - Извините, Ваше Благородие! Давайте вы назовёте код, и я сопровожу вас к ячейке?

- Три семёрки. Но сопровождать не надо… - я оценивающе посмотрел на габариты толстяка и его примерную скорость передвижения: - Лучше скажите, как до неё добраться.

- Ячейка номер три ноль два семь. Третий этаж. А там по нумерации найдёте. Замки все кодовые. Коды совпадают с цифрами доступа. Так что откроете без проблем.

- Благодарю.

Да уж… Не думал, что архив будут охранять зайцы и кролики. Занятно.

Поднявшись на третий этаж, я вышел из лифта, и как будто очутился в отеле. Все ячейки больше походили на обычные двери. Найдя номер 3027, я скрутил замок и зашёл внутрь.

Там была небольшая комнатка с телевизором, видеомагнитофоном, музыкальным проигрывателем и даже небольшим проектором.

Чуть дальше в сейфе я обнаружил кассету с приклеенной картой из игры Уно, несколько записных книжек, набор ржавых отвёрток и три винчестера с очень странной надписью «CVD-19».

Примерно через сорок минут мне стало понятно, что Аркадий был прав… Ничего тут нет. В записных книжках какие-то формулы, чертежи и детские рисунки. Подняв кассету, я несколько раз повернул её в руках и обратил внимание на карту из «Уно».

Как-то раз, мы все вместе играли в эту игру. Было весело… А, что по поводу кассеты? Такие раньше использовались в Гризольной системе. Послания записывали на пленку, а затем… переворачивались.

- Идиот! – я хлопнул себя рукой по лбу: - Уно… Как я сразу не допёр?!

Вытащив отвёртку, я тут же открутил крышку и аккуратно переставил катушки.

Видеомагнитофон шустро заглотил кассету и начал автоматом перематывать на начало.

Как только процесс перемотки закончился, на экране тут же появился статный седоволосый мужчина преклонного возраста. Он сидел возле детской железной дороги, а рядом с ним… ползал маленький Толик.

- Привет, внук! – улыбнувшись, произнёс Павел Михайлович: - К великому сожалению, никто не вечен. Даже наши близкие друзья – духи… И я делаю эту запись на тот случай, если мой характер всё же победит. А я в этом даже не сомневаюсь.