Воздушные фрегаты-2. Пилот

- Ну, надо же понять, что это за люди и кто может за ними стоять.

- Хорошо, – кивнул эскулап и с видом великомученика отправился на рандеву.

На встречу с ним явилось сразу трое китайцев. Один, судя по тщедушному виду и бесстрастному выражению лица, играл роль нотариуса. А, возможно, и был им. Второго взяли явно для антуража. Коренастый крепыш с бычьей шеей и абсолютно голым черепом выглядел как опереточный злодей. Время от времени он бросал на доктора кровожадные взгляды, от которых тот вздрагивал и отворачивался.

Главным был третий – улыбчивый господин неопределенного возраста в немного поношенном, но все еще приличном костюме. Именно он выступал истцом. А еще у него был артефакт. Это Колычев почувствовал сразу. Не бог весть какой сильный и, само собой, без адаманта, но достаточный, чтобы воздействовать на непривычного к подобным штукам доктора, заставляя его нервничать и паниковать.

Почему целитель сам не выйдет в «сферу» и не устранит негативное воздействие, – оставалось для Марта тайной за семью печатями.

Вероятно, предположил он, лекарю сложно в нервной обстановке сосредоточиться.

- Так что же решил почтенный господин Крылов? – любезно оскалившись, поинтересовался истец, как только доктор окончил знакомство с документами.

- Я ничего в этом не понимаю, – вынужден был признать Павел Александрович, украдкой взглянув в сторону Колычева.

- Это бывает, – почти сочувственно заметил нотариус. – Русские господа редко знают китайский язык.

Ваш продавец предоставил вам купчую, но ее русский перевод оказался поддельным. Очень сожалею, но сделать ничего нельзя. Вы должны заплатить, или же у вас останется только половина квартиры.

- У меня нет таких денег!

- Это очень прискорбно. Но, быть может, вы сможете договориться с господином Чжоу?

- О чем?

- Не знаю. Это ведь вы – собственники. Вам есть о чем поговорить.

- Каковы ваши намерения? – вздохнул Крылов, обращаясь к Чжоу.

- Моему троюродному брату негде жить, – сокрушенно покачал головой истец, показывая на лысого здоровяка.

– Если вы согласитесь делить с ним кров, полагаю, я мог бы дать вам отсрочку.

Услышав, что речь зашла о нем, «бедный родственник» выпучил глаза и оскалился, словно предвкушая добычу.

- Об этом не может быть и речи! – вскочил со своего места целитель. – Я не желаю, слышите вы, не желаю!

- Тише, господин Крылов, – поспешил успокоить его нотариус.