Воздушные фрегаты-2. Пилот

– Если тебя Зимин возьмет в экипаж, пойдешь?

- А на хрена я ему старый да увечный нужен? – недоверчиво посмотрел на крестника Вахрамеев.

- Ты мне нужен, а это главное! И вообще, старый конь борозды не портит…

- Да только глубоко не вспашет, – из чистого упрямства проворчал растроганный в глубине души старшина.

- Отставить разговорчики! Садись сзади меня на мотоцикл, я тебя домой отвезу. И побыстрее, а то мне еще к одному человеку успеть надо…

- Так поезжай, – пожал плечами Игнат. – Куда мне тут уместиться.

А завтра я, так и быть, приду, да поклонюсь Владимиру Васильевичу. Может, и впрямь возьмет меня убогого… Да не боись, не сбегу. От вас, одаренных, рази скроешься!

- Крестный, с деньгами у тебя как? Тут неподалеку гостиница хорошая, давай номер до утра снимем.

- Дорого… Поищу чего попроще.

- Нет. Ты уж выбирай. Или со мной едешь, или в гостиницу! А про деньги не думай. Тогда на маяке я был твой гость, теперь ты – мой. К слову, у меня же завтра последний экзамен на пилота.

- Ого, поздравляю.

- Рановато еще. Надо еще сдать.

- Так чего ты на меня – старика время тратишь? Поди заниматься надо, а не лясы точить с прохожими.

- Нет, – упрямо тряхнул головой Март. – Сначала в отель. Решим вопрос с твоим жильем на ближайшие сутки, а потом уже рвану дальше.

- Ну, коли так, тогда не станем мешкать.

После неудачного, как ему казалось, разговора с китайцами Крылову отчего-то очень не хотелось возвращаться домой. Еще совсем недавно казавшаяся ему такой удобной и уютной квартирка вызывала практически физическое отвращение.

Считавшийся вполне приличным район виделся теперь скопищем притонов, а сам Дальний, несмотря на свой столичный статус, ужасным захолустьем. В какой-то момент жалость к себе дошла до того, что Павел Александрович малодушно хотел было утопить ее в вине и даже купил для этой цели бутылку крымского хереса. Но в последний момент передумал и отправился на службу. То есть в госпиталь.

Там, как всегда, нашлось много разных дел, потом выяснилось, что один из коллег заболел, и некому провести плановую операцию.

В общем, как говорят в народе – «была бы шея, а хомут завсегда сыщется». Но сегодня доктор схватился за нежданно-негаданно свалившуюся на него работу, как утопающий хватается за брошенный ему спасательный круг.

Как и следовало ожидать, любимое дело помогло ему отвлечься от свалившихся неприятностей, и из операционной уставший, но довольный целитель вышел уже совершенно другим человеком.