Возрождение Феникса. Том 6

Тут я и почувствовал недоброе. У меня аж поджилки дрогнули. Гребаная бояр-Россия! Тут же всё через одно место делается. Ну ладно, через два. Либо драться, либо…

- Брак, Аркадий, - грузин принял предложенный князем фамильярный тон.

Волконский выпучил глаза, но тут же принял задумчивый вид:

- Циури, кажется, я понимаю твою мысль.

Ну бабушку вашу! Прямо две свахи. Нет уж, не дамся без боя. Я тут Лесе обещал, и она упорно движется к цели, отборочные уже пройдены, а еще красотка Лада где-то в облаке Анреалиума маячит.

Куда еще больше двух жен в Постимпериус тащить? Меня и так Чугун на смех поднимет, а Отец-император косо глянет и засомневается, что перед ним любимый паладин Фалгор, а не тварь Хаоса с его аурой магнетизма.

- Простите, Ваше Сиятельство, - вмешался я. – А можете пояснить вашу позицию. Кого с кем брак? Не Мосэ же с моим водителем Тимофеем?

- Ты это брось со мной шутки шутить, Беркутов, - мигом посерьезнел Багратион и чуть ли мне пальцем не погрозил. – У нас не Запад бездуховный, у нас за такие намеки и посадить могут, и на кол посадить.

На днях Сенат принял новый закон, так что учти.

- Учту, - коротко согласился. Да ну, еще спорить из-за ерунды.

- На Дарико ты женишься, - припечатал меня грузин. – Хватит вам в любовниках ходить.

Так. Это уже на грани, даже чуть за ней. Теперь пришел мой черед нахмурить брови и зычно огласить:

- Мм, звучит как оскорбление, Ваше Сиятельство. За большие сомнения в моей чести я привык благодарить щедрых людей.

Багратиона проняло, и он даже собрался, выпрямился, а еще, видимо, вспомнил, что фактический ранг у меня может быть вплоть до Полковоя, ведь Петреса спалил и полсовета Беридзе сжег как-то.

В общем, грузинский князь пошел на попятную:

- Погорячился я, хорошо. Не принимай близко к сердцу, Беркутов. Коли ты не трогал Дарико и лишь по совести поступал, защищал девушку не как свою собственность, а как гостью и сударыню в беде, то хвала тебе небесная, без прикрас говорю, - эти слова Багратиону дались тяжело. Грузин явно шел на словесные уступки, чтобы укусить побольнее.

– Но никто в это не поверит. Бери Дарико в жены и тогда мы обыграем всё, будто ты защищал свою невесту. Тогда твои поступки будут выглядеть действительно по чести. Посягали на твое – ты обнажил саблю. Славный джигит так и делает. Я же прилюдно прощу тебя, рассудив, что поступил по чести, ибо жизнь своей женщины – святое.

Здрасьте, приехали!

Я скептически посмотрел на грузина.

- Не могу жениться, увы.