Воздушные фрегаты-4. Гросс

- Нет, это решительно невозможно!

- В таком случае, я умываю руки, – пожал плечами Март. И хотел было выйти из кабинета, но Марцева его остановила.

- Подождите. Вы уверены, что эти условия необходимы?

- Нет! Единственное, в чем я уверен, что если этого не сделать, шансов нет вообще.

- Но если у вас ничего не выйдет, именно вы останетесь крайним!

- Можно подумать, – фыркнул Колычев, – что в любом ином случае виноват будет кто-то другой?

- Пожалуй, вы правы. Хорошо, я поговорю с Евгенией.

Ничего не могу обещать, но…

- Вы уж постарайтесь!

Среди сотен писем и приглашений отыскались и действительно важные. Например, расписание заседаний, регламент работы Сената Одаренных на 1942 год и разовый пропуск в здание Таврического дворца. Пакет в плотном, желтоватого картона большом конверте без особых знаков и печатей принес курьер. Самого Марта в этот момент дома не было, и Татьяна, на правах секретаря, приняла и расписалась в получении. Если бы не это, кто знает, не затерялось бы послание в общем потоке.

А пропускать такие мероприятия Марту, как новоизбранному гроссу, было крайне нежелательно.

Сенат Одаренных, по большому счету, мало чем отличался от прочих присутственных учреждений империи, с утра более всего напоминая разворошенный улей и превращаясь ко второй половине дня в сонное царство. Ну а что, господа гроссы – люди занятые и долго рассиживать в кабинетах не станут, а без их присмотра мелким чиновникам можно и расслабиться…

Когда Март появился в здании Сената, обеденный перерыв или, как его еще иногда называли, «адмиральский час» был в самом разгаре.

Швейцар – рослый отставник с медалями «за усердие» на широкой груди, молча пропустил его внутрь, не подумав поинтересоваться, за какой надобностью молодой человек приперся в святая святых. Раз пришел – значит, надо.

Коридоры по большей части пустовали, и лишь из некоторых комнат доносился приглушенный шум.

Без приключений добравшись до помещений секретариата, он обратился к единственному обнаруженному им скучающему дежурному сотруднику.

- Я хотел бы видеть господина Карского.

- Как о вас доложить? – с трудом сдержав зевок, поинтересовался тот.

- Сенатор Колычев.

Получив ответ, чиновник сначала вытаращил от удивления глаза, но затем шестеренки в его голове щелкнули, и он, подхватившись, тут же исчез за высокими дверями кабинета.