"Я - кто?! Сенсей?": Вжиться и выжить (Книга 1)

Зевая, последовал за ним, но плелся я так медленно, что дошел лишь когда Какаши уже крикнул: «Старт!».

Шиноби исчез в облаке белесого дыма и возник в центре полянки, Детвора разбежалась по кустам, а я ушел в сторону речки, чтобы не мешаться. Вид отсюда открывался так себе, но так меньше шансов получить кунай в глаз.

Узумаки не остался торчать на полянке. Сразу после слова: «Старт», как-то было в манге. Но чуть погодя из кустов его выпихнул Саске. У меня от возмущения вырвалось:

— Мда… Один за всех и все за себя.

Действие сместилось, я видел только пустую полянку. Позже был вопль, я решил, что Наруто все-таки попал под: «Тысячелетие боли».

«Какаши точно не педофил?» — брезгливо поморщился, вспомнив эту «шутку».

Послышались хлопки, и несколько клонов Наруто полетело куда-то над кронами как косяк перелетных птиц. Все происходило слишком далеко, и я ничего не видел и мало что слышал. Заскучав, я начал насвистывать незамысловатую мелодию. А вскоре вспомнил, что у меня целая сумка учебников.

— Ах, вы! — будто ругать собрался. — Вы сдали!

Бедные дети, на пару дней точно оглохнут.

— Наруто отвали! — рявкнула Харуно. — Быстро свалил!

Узумаки что-то еще говорил, но за криками девочки я ничего не разобрал.

Когда Сакура замолчала, Наруто ловко прыгнул на перила моста и сообщил, что сдал, размахивая колокольчиком на шнурке.

— Да ладно?! — кашлем скрыл первую реплику. — Ты молодец!

Тут захныкала Сакура:

— Эй! Меня отвяжите! — и вдруг рыкнула, — Нар-руто, убери от меня свои лапы! — хотя Наруто был со мной на мосту.

— Клон ты или он?

— Я. — и тут же почти без перехода, но уже чуть ли не рыдая Сакура завыла. — Саске-кун, прошу помоги, мы же команда! Какаши-сенсей, вы забыли свой будильник! Пожалуйста, кто-нибудь!

Актриса Большого театра, блин.

Мы с Наруто застали тот момент, когда забытую девочку освободил Саске. Он вернулся с такой постной миной, что Харуно стало откровенно жаль.

Какаши за часами все же вернулся и сказал:

— Сакура, замолкни.

Девочка притихла, кротко похлопав глазками, пролепетала: «Извините». На миг показалось, что она еще книксен сделает.

Разительная перемена: из хабалки в трепетную лань. Если бы сам не видел, как отвратительно Харуно умеет себя вести, мог поверить.