"Я - кто?! Сенсей?": Вжиться и выжить (Книга 1)

Несмотря на позднее время, народу на улицах Конохи было довольно много. Кто-то спешил на работу, кто-то домой, как, например, эти помятые чуунины. Один толкнул меня и, дыша перегаром, начал извиняться. Этот тип так лихо сделал поклон, что свалился с ног! Превозмогая брезгливость, я придержал этого пьяницу. — О! — мутный взгляд обследовал мое лицо и к сожалению опознал: — Ирука! Тебя выписали! Давайте выпьем за выздоровление…«Ой, тебя из травматологии выписали? Пошли, выпьем, чтоб потом выписали оттуда еще раз!» Идите лесом! — подумал я, вежливо улыбаясь.

Наруто с любопытством рассматривал моих «друзей». — Нет, — передал я тело его товарищам, — мне некогда. — Слышали, — отозвался брюнет, у которого челка закрывала один глаз, — ему некогда. Всегда некогда. Стоять! — Да, стой ты! — беспардонно схватился за плечо, некто всклокоченный с бинтом на носу, — Мы тебя не видели уже… — Подвис, скосив глаза…Видимо, напрягал прямую извилину в вакууме своей головы. — … долго. — Разродился этот дикобраз.Остальные согласно закивали, так рьяно, что чуть головы не оторвались. Сбоку донеслось: — А пошли с нами бухать! Тебе же отчеты не писать. Везет ему? — обратился к компании за спиной. Те вообще друг на друге висли и шатались словно на ветру. — Ве-езет! — хором рявкнули чуунины, распугав людей.Это не друзья, это позорище! Я и предположить не мог, что на главной улице Конохи может быть так много питейных заведений! И в каждое меня пытались затащить! Чем только не заманивали: и экзотичной выпивкой, и «прелестями» порядком потасканных гейш, которых и гейшами назвать язык не поворачивался. И при этом никого не волновало, что рядышком, вот там, стоит ребенок. Я как попугай повторял: «Нет». Хотя, если честно, мне хотелось послать их на русском и могучем, попросту матом. Язык чесался! А отвязалась эта банда от нас только у ворот башни каге! Еще бы чуть-чуть, и я бы сорвался. Пришлось даже себя отдергивать и успокаиваться. Такое поведение для меня было непривычным. Наруто не проронил ни слова и вел себя подозрительно тихо. Мне показалось, что раньше он сказать что-то хотел. Но, видимо, моя перекошенная «добром и счастьем» физиономия отбила всякое желание спрашивать.Секретарши на месте уже не было, мне пришлось стучать. Но прежде, чем я коснулся двери, мне разрешили войти. А вот Наруто попросили посидеть на диванчике в приемной.Пока старик раскуривал трубку, я думал про собутыльников Ируки. Двоих я узнал, их имена крутились на языке, но вспомнить я никак не мог.