Бастион. Чувство ранга. Том 1

В его глазах мерцал холодный свет, от которого по коже пошли мурашки.

— Перчатки, это главное!

Он внезапно исчез, а я вновь оказался в камере. Перчатки? Ерунда какая-то. Если Маленкорх в самом деле оказался предателем, это еще не значит, что Охренуэль, ой, его же, видите ли, нельзя теперь так называть, не плод моего воображения. Дождусь стражи и скажу, что пленный орк, вполне сносно болтает по-нашему, и ждет не дождется, когда Маленкорх впустит воинство Тьмы внутрь Бастиона.

Остаток ночи я проспал тревожным, прерывистым сном.

Сквозь сон я услышал шаги. Ко мне спускались, неужели пришло время? Сердце заколотилось в груди. Сейчас все зависит от того, смогу ли я убедить начальника караула, что орк может доказать мою невиновность.

Свет чадящего факела. Бледные, безразличные лица. Они приближались ко мне. Проходя мимо камеры орка, тот, что нес факел, посветил туда.

— Эй, что это с ним?

Двое остальных тоже подошли к решетке.

— Открывай! — скомандовал старший.

Послышался звук открывающегося замка, возня.

— Демоны! Да он откусил себе язык!

— И захлебнулся кровью, собака!

— Проклятье! Ладно, оставьте его, доложим позже.

Они покинули камеру Кемраса и подошли к моей.

— Готовься, вот тебе вода, умой рожу.

Один из стражей полил мне воду на руки, и я вымыл лицо. Кемрас мертв! Убил себя, да еще таким жутким способом. Я подставил руки под новую порцию воды и плеснул себе в лицо. Остается только одно:

— Мне нужны перчатки.

— Какие еще перчатки? — удивился старший караула.

— Ну, не знаю, как для верховой езды.

— Ты, что решил проскакать на эшафот, а седло тебе не принести?

Двое других заржали. Ага, смешно.

— У палача спроси, — подал голос один из стражей, — он мозоли о топор точно не натрет.

Снова ржут.

— Это мое последнее желание!

Старший глянул на меня:

— Я может чего не понимаю, но у тебя и первого не было. А последним твоим желанием будет, чтобы палач отсек голову с одного раза.

Вот же засада!

— Мы придем через пару часов.

Стражи удалились, оставив меня в темноте.

Жутко ожидать неминуемой смерти. Вдвойне жутко ждать, имея, пускай и нелепый, шанс на спасение. Шанс, с каждой минутой, превращающийся в мираж. Стражи приходили еще раз, принесли еды и убрали труп орка. Да, вот орк был действительно шансом на спасение. Он мог бы многое рассказать о Маленькорхе, но предпочел не дожидаться душевных разговоров с эльфами. А ведь, казался таким общительным.