Скотина II

— Я тоже рад, вижу освоилась, с кулькулем то научилась работать?

— С кулькулем не все получилось. Я его выгнала. Он объяснять не захотел, как цифры считает. Не для твоего ума говорит.

— Ага, ясно, а хоть кто-то остался работать, или уже все на улицу пошли?

— Чего ты, Боря, передергиваешься? Еще только одна особа уволена, свой стол убирать отказалась, огрызками заваленный. Но её вообще не жалко, грудь сильно выпирает, когда она с кем-то рядом, менеджеры заикаться начинают. Специально проверила, когда кулькуль рядом сел, у него глаза в разные стороны поехали, и он в цифрах два раза ошибся.

Вот зачем нам такой кулькуль?

— Еще одну особу и все? — прищурился я.

— Ну еще одного тоже. Тут, оказывается, охранник есть. Я чего подумала, мы тогда вошли просто поднялись, когда застали тут всех пьяными. А охраны вообще не было. Ну зачем нам такой охранник?

— Да, с Зябликом не поспоришь. Зови сюда эту Любовь Анатольевну, будем узнавать, как мои личные поручения поживают.

Директора нашли в своем кабинете помятую и я явным запахом коньяка.

— Как мое задание, Любовь Анатольевна?

— Все хорошо, то есть не совсем. Но все хорошо. Поручение не выполнено, но причина уважительная, и я легко могу все объяснить.

Я присел на кресло, разваливаясь как хозяин, тем более я этот самый и есть. Пальцы скрестил на пузе, а взгляд на лице с размазанной косметикой. Ревела и горе заливала. Понимаю.

— Ну попробуйте, надо же.

— Борис Антонович, вы попросили карту города с отмеченными нашими торговыми точками. Я обзвонила известные магазины, в продаже ни у кого таких карт нет.

Потом связалась со всеми типографиями, какие нужную карту напечатать могут. Никто не согласился сделать это за один день. Минимум неделю ждать, а еще сначала нужно изготовить эскиз. Я сделала исключительно рациональный вывод, что выполнить ваше поручение в отведённые сроки никак невозможно.

— Ну что же, Любовь Анатольевна, на этой печальной ноте мы будем с вами прощаться.

— Борис Антонович, что значит, я буду жаловаться!

— Уважительных причин, чтобы не выполнить мою просьбу могло быть только две.

Это рождение или смерть. Как вижу, вы вполне себе живы и родились навскидку около тридцати пяти лет назад. Следовательно, ни под одну из причин не подходите.

— А как же...

— Я не просил обзванивать типографии, нужно было найти решение вполне конкретной задачи. Вот взгляните на фото, почти аналогичное поручение выполнено с помощью коробки цветных мелков.

Женщина закусила губу и покосилось на художество Язвы.