Княжич Юра II. Юрьев день.

– Понял, насколько несправедлив был в своём отношении. И к вам, и к вашему предмету.

Мужчина прищурился.

- Не уж-то, в подмосковный лес мамонтов завезли? – с этим прищуром спросил он. – Или, всё-таки, наши генетики смогли клонировать динозавров?

- Эм, а причём тут динозавры? – как-то не уловил перехода я.

- Притом, что в лесу должно было что-то очень большое сдохнуть, чтобы сам Юрий Петрович Долгорукий, «Величайший Богатырь» и непревзойдённый Воитель, сам «будущий Князь Московский», решил извиниться. Вот я и спрашиваю, Пётр Андреевич всё-таки мамонтов в Подмосковье завёз, как не однократно собирался сделать?

- Если и да, то я не слышал об этом, - после пары секунд обдумывания последовал мой ответ.

- Извиняйся, - сказал Перельман.

- Что, простите? – снова не успел за перескоком темы я.

- Ты сказал, что пришёл извиняться. Извиняйся. Я слушаю, - отпустил дверь и сложил на своей тщедушной груди руки. – Или это был «оборот речи», и, на самом деле, ты извиняться не планировал?

- Извините меня, Пётр Соломонович, - покладисто произнёс я, опустив на бёдра руки и даже немного поклонившись.

- «Извините» за что? – с нажимом спросил старый зану… эм, пунктуальный и скрупулёзный учитель.

- Извините меня, Пётр Соломонович, за то, что я был мелким неблагодарным засранцем, - решил не тянуть и произнести сразу же то, что, насколько мне казалось, тот хотел услышать.

- Хм, - хмыкнул он и поправил очки на носу. – Видимо, Князь действительно мамонтами-таки занялся… А я-то недалёкий, ещё в его методах воспитания сомневался.

Я… растерянно почесал в затылке, после чего, постучал в это дверь. К звонку тянуться пока не стал, ибо мужчина не должен был ещё далеко от двери отойти – и так услышит.

Услышал. К двери вернулся. Дверь открыл.

- Чего тебе? – спросил он, поправив очки на носу и задрав голову, чтобы моё лицо видеть. – Ты же пришёл извиниться – извинился.

- Пётр Соломонович, а вы могли бы со мной позаниматься музыкой? – смирив начавшее подниматься раздражение, спросил я. Всё же этот зану… до крайности логичный тип умел выбешивать. И, не будь он настолько хорош в своём деле, я б к нему, в это утро, ни за что б не пришёл.

- Мог бы, - сказал он. – Если б видел в этом смысл, - и начал закрывать, зараза, дверь. Так и хотелось поднять руку и эту дверь своей рукой остановить.