Подьячий Разбойного приказа

С такими довольными мыслями я трюхал по горшечной слободе… пока не увидел несколько телег, стоящих у дома Анфисы. И людей, которые выносили из него тела.

Опоздал.

Глава 14

Несколько человек в разноцветных кафтанах, ярких, по здешней моде, как раз сейчас выносили тело дьяка Алексея. Голова запрокинулась и борода, пропитанная засохшей кровью, торчала вверх.

Сейчас снимут отпечатки ауры, опросят соседей – и выйдут на меня. В Приказе меня все знают, не так уж нас и много, сразу поймут, кто наследил в доме.

Стоп. В Приказе действительно все знают друг друга. Тогда почему я не знаю никого из этих ребят? А если они не из Приказа – куда они тела собираются везти?

А вот сейчас и узнаем…

- Что здесь случилось? – спросил я, подъезжая.

Один из возниц, сидевший на телеге, сумрачно посмотрел на меня, явно желая отправить в пешее эротическое, но резонно опасаясь. Верхом здесь кто попало не ездит, вот так нахамишь, а потом неприятностей не оберешься.

- Людей убили.

- Сам вижу, что не от обжорства умерли.

Возница промолчал, зато в разговор ввязался молодой парень в ярко-алом кафтане, с саблей на боку и с настолько наглым лицом, что сразу захотелось дать ему в дыню:

- В Разбойный Приказ, куда ж еще.

- Вы еще скажите, что вы из Приказа, - я спрыгнул с лошади. Да, знаю, верхом, случись что, сражаться удобнее, но я до сих пор этому мастерству не научился .как следует. Да и сабли у меня нет. И пистолет опять забыл, раззява!

- Может и из Приказа, - наглый неожиданно оказался ниже меня.

- Неет, - протянул я, - Это я – из Приказа.

Я крутанул в пальцах свою печать.

- А вот вы кто такие?

Наглый нахмурился:

- Езжай куда ехал, приказный.

Вот это наглость. Нет, не то, чтобы я слишком задирал нос из-за того, что служу в Приказе, но как-то подпривык, что к нам, сыскным, относятся с уважением. Пусть не всегда искренним, но ТАК хамить не каждый осмелится.

- А я сюда ехал, - широко улыбнулся я. Ну как улыбнулся – оскалил зубы.

- А теперь езжай отсюда, - хохотнул Наглый. Надо же, какой бесстрашный, как будто в кармане запасная челюсть лежит. Или он считает, что его дружки, которые потихоньку подтягиваются к нему – и один из них, думая, что я этого не замечаю, подходит со спины – смогут меня скрутить, или…

Или за ним кто-то стоит.

Нет никого наглее, чем мелкая сошка, служащая кому-то очень и очень серьезному. Она чувствует свою безнаказанность и теряет берега.