Подьячий Разбойного приказа

- А вот сейчас все вместе соберемся и поедем, - пообещал я, - В Приказ, как и собирались. Там и расскажете, куда вы тело нашего приказного дьяка собрались везти и кто его убил. Уж не вы ли?

- Что это твой дьяк с татем в одном доме делал?

- Это вон с тем, что ли? – кивнул я на Заморского.

- Ага!

- А чего это у вашего татя холопское клеймо Морозовых стоит?

Лицо Наглого перекосило. В шахматах такое положение называется, если не ошибаюсь, «вилы» - что не скажи, все будет не то. Холоп ворует, и боярин об этом не знает? Значит, сил или умения не хватило на то, чтобы полноценную печать поставить, не дающую излишней вольности, то есть – называешь своего боярина слабаком.

Холоп ворует и боярин об этом знает? Значит, ворует именно по приказу боярин, то есть – называешь своего боярина преступником. Нет, выкрутиться еще можно, сказать, например, что печать поддельная или…

Наглый выбрал самый тупой выход. Он поднял руку и показал мне увесистый золотой перстень:

- Здесь дела рода Морозовых.

А, так вот кто ты такой.

Держальник, боярская пристяжь из обедневших дворян, ни кола, ни двора, одна дворянская гордость. Служат при боярах, как полноценные дворяне – царю.

Короткую паузу держальник воспринял, как свою победу в споре и решил закрепить ее. Разумеется, самым имбецильным способом:

- Проваливай, крапивное семя.

А вот это он зря. Сейчас обидно было.

***

У полицейских в любое время и в любой стране были прозвища. Менты, копы, ажаны, фараоны… Эти прозвища делятся на две группы. Те, которые полицейским нравятся и которыми они могут называть сами себя.

В неформальном общении, разумеется. И те, которые служат только для оскорбления.

Строго говоря, «приказный», это тоже прозвище. Так можно назвать любого, кто служит в любом Приказе, примерное соответствие для нашего времени – «служивый»… хотя нет, в нашем времени это уже жутко устаревшее слово… Ну, примерно как обращение «военный» к любому, собственно, военному. В общем – неформальное, но допустимое.

А вот «крапивное семя»… Опять-таки – так назвать можно любого служащего в Приказе, если вы хотите его оскорбить, конечно, но назвать так подьячего Разбойного Приказа… Мы более болезненно относимся к этому прозвищу, возможно, из-за наших корпоративных кафтанов, темно-зеленого, «крапивного» цвета.

В общем – все равно, что полицейского в лицо назвать «мусором». Спустить такое я не могу – меня просто не поймут мои же. Особенно – рядом с мертвым дьяком. Ведь получается, что это хмырь оскорблял и его.