Эльф из Преисподней

Наставница с подозрением прищурилась, однако не отказала. И хоть все книги, выданные ею, были сугубо теоретическими справочниками и классификациями, я не расстроился.

Базу знаний по Запределью с их помощью я получу, чтобы больше не путать дретей с великим герцогами, а большего мне не нужно. Я ведь искал путь домой, а подчинение дьяволов шло приятным бонусом.

По пути к своей берлоге меня перехватила Дженни. Оказывается, ночью пикси изрядно поволновалась, потеряв меня из виду. Когда она догадалась проведать мою комнату, я уже ушёл оттуда.

Внезапно проснувшаяся в фамилиаре преданность порадовала меня. Я даже погладил её по голове, заслужив тем самым возмущённый писк.

В кармане штанов завалялась парочка кристалликов сахара, их я вручил Дженни с наказом не увлекаться. И заодно приказал ей следить за Ольгой — крайне осторожно и избегая Хаймана.

Когда фея узнала, что сероплащником была княжна, у которой в союзниках ходил вампир, она заметно помрачнела. Однако перспектива на спинах других забраться в хранилище пришлась ей по вкусу, и она не сильно возражала против поручения.

В комнате общежития меня ждал сюрприз. У Петра выдалось свободное оно между уроками, и он счёл за лучшее провести неожиданную перемену в общении с Эллеферией.

Мотивацию богини я понимал прекрасно. Чем больше внимания ей уделяют, тем крепче она становится. А уж если этим занимается кто-то вроде Белавина-младшего, то эффект заметно усиливается.

А всё потому, что глупого соседа угораздило влюбиться в призрака.

Его чувства не были секретом ни для меня, ни, тем более, для Эллеферии. Она воспользовалась свалившимся на голову шансом на полную катушку. Хихикала над неловкими шуточками Петра, внимательно смотрела ему в глаза — и впитывала его привязанность.

На что-то большее бедняге рассчитывать не стоило. В отличие от нас, демонов, боги относились к смертным как к пешкам и ходячим источникам энергии. Связи между богами и людьми происходили крайне редко и ничем хорошим обычно не заканчивались.

Да и о чём такой сущности, как бог, разговаривать со слепым и глухим существом, которое не в состоянии оценить всю прелесть мироздания?

М? Я считал смертных своими игрушками и был ничуть не лучше богов? Ложь и провокация!

Боги в своём высокомерии предпочитали избегать присутствия на материальном плане, а мы обожали бродить по земле и ввязываться во всевозможные переделки.

В общем, я почитывал выбранный на сегодня фолиант, периодически поглядывая на Эллеферию.