Эльф из Преисподней

Ну и кроме того, у меня при себе не было вещи, а я уже почти постановил для себя, что до поры до времени не хочу убивать здешних. Без вещи сдержаться на паре мертвецов, когда вокруг пахнет кровью, трудновато даже для меня, высшего демона.

Пусть-будет-Эбб разжал кулаки и заплакал. В перерывах между всхлипами он причитал:

— Юный мастер, вы не так п-поняли наши намерения!.. Мы п-просто переборщили с выпивкой!.. Никто не хотел оскорбить вас, мы подумали... перепутали, знаете, тут ходит один идиот, вот его, про него мы говорили, а вовсе не про вас, светозарный мастер.

Коротышка даже упал на колени и пополз ко мне, намереваясь поцеловать ботинки, но я это пресёк. Сломанной конечности только лицемерных лобызаний и не хватало! Вообще, исходящие от пусть-будет-Эбба страх и ненависть в иной ситуации сошли бы за изысканный букет. К несчастью, эмоции гномов с детства отравляли алкогольные пары, а потому на вкус они были весьма посредственны.

В общем, я потерял к ним интерес. Немного хотелось свернуть им шеи, но я никогда не выступал за убийства ради убийств, а в качестве жертв ради их чувств гномы подходили откровенно плохо.

— Ладно, так и быть, можешь уже заткнуться. Теперь его очередь, — сказал я, ткнув в лежащего без сознания пусть-будет-Абба.

— Но он ведь…

— Так приведи его в себя, — пожал плечами я. — А затем приведи ко мне.

Опасливо оглядываясь на меня, пусть-будет-Эбб на карачках подполз к брату и стал расталкивать его. Шло время, но все попытки разбудить его пусть-будет-Абб сбрасывал с себя элегантным храпом и сладким причмокиванием губ. Не то в полёте, не то после поцелуя с деревом этот засранец умудрился заснуть! Под конец его небрежное отношение к собственной жизни вывело пусть-будет-Эбба из себя, и тот зарядил ему серию пощёчин. Их хлёсткий свист доносился даже до меня: братец не постеснялся прибегнуть к отчаянным мерам ради спасения родича.

Тот соизволил наконец распахнуть глаза, чтобы зарядить в нос надрывавшемуся ради него пусть-будет-Эббу. Некоторое время гномы ожесточённо лупили друг друга, пока я не напомнил о себе вежливым покашливанием. Тогда пусть-будет-Эбб объяснил брату, в каком положении тот очутился.

Пусть-будет-Абб прополз от своего дерева путь ко мне на коленях, и я осознал, что гномы окончательно мне надоели.