Сакрополис. Маг без дара

— Ваше сиятельство, не надо... — с дрогнувшего подбородка сорвалась первая капля. — Моя жизнь не стоит вашего времени. И уж тем более не стоит рисковать и подставляться ради такой, как я. Убийца должен быть покаран, и я готова принять свою участь.

— Во-первых, не тебе решать, ради кого мне рисковать. Во-вторых, ты не убийца, потому что на войне убийц нет — есть те, кто нападают и те, кто защищаются. И в-третьих, раз уж начали, то лично я готов пойти до конца. Если ты понимаешь, о чем я. Жениться не обещаю, но признаю ребенка, так что голодать и пресмыкаться больше не придется.

— Я хочу обсудить это с бабушкой, — Мила словно впала в транс и с трудом осознавала, что происходит.

— Хорошо. Время еще есть, но лучше не затягивать до последних минут.

— Да, ваше сиятельство, — она встала и поклонилась, не зная, куда деть руки. — Разрешите идти?

— Ступай.

Едва закрылась дверь, я быстрым шагом подошел к шкафу и достал бутылку. Постоял немного, собрался с духом и вернул на место.

Особенно в столь сложные моменты.

Завязал — значит, завязал. И от привычки накатывать по малейшему волнению стоит отучиться как можно скорее, а то так и до цирроза недалеко.

— Не могу поверить, что вы пошли на подобное... — протянула Алина.

— А что такое? — усмехнулся. — Ревнуете?

— Вы только что сильно выросли в моих глазах. Но еще одна такая шутка, и весь прогресс сойдет на нет.

— Я просто пытаюсь помочь. От меня не убудет, а ее спасу. Знаете, если бы я мог решать проблемы соитием, я бы только этим и занимался. Вот только обычно все получается с точностью до наоборот.

— Соглашайся! — пробился сквозь тонкую стенку сердитый шепот Лии. — И даже не раздумывай! Это же родич самого императора! Мало того, что жизнь тебе спасет, так еще и обеспечит до самой старости. Да любая другая девка под него просто так легла бы!

На раздумья ушло несколько минут, и вот Мила показалась на пороге — смущенная и раскрасневшаяся пуще прежнего.

— Я... — она судорожно сглотнула и облизнула пересохшие губы, — согласна.

Меня и самого немного потряхивало — никогда прежде не доводилось заниматься сексом в таких условиях и при таких обстоятельствах. Мотор стучал на предельных оборотах, страх сменялся диким возбуждением, а возбуждение — животным ужасом. Ладони потели, в затылке кололо, чресла то набухали, то падали, а голова кружилась, как от вина.