Сакрополис. Маг без дара

Боюсь представить, какая поднялась температура от детонации всех остальных емкостей, но каменная перегородка раскалилась до алого свечения, а в коридоре стало жарко, как в сауне.

Чтобы мы не запеклись в собственном соку и не задохнулись, Зых вывел воздух и гарь из туннеля, и огонь быстро погас. Громилам это не помогло — сдохли все до единого. Похоже, магия — их слабое место, и это стоит учесть на будущее. Захар тут же присел рядом с одним из тел на колено и приступил к детальному осмотру. А к нам подошел усатый рослый парень в бескозырке и бодро заявил:

— Ну ничего себе новости! Что в лесу сдохло, господа хорошие?

— Осторожнее! — морпех постарше вскинул карабин.

— Успокойтесь! — я медленно обернулся и поднял руки. — Здесь все заодно. Только вы действуете в лоб, а мы — хитростью.

— И как успехи? — фыркнул кто-то.

— Об этом поговорим позже. А сейчас надо уходить. Мы спрячем вас в подземелье под академией, где и придется скрываться какое-то время.

— Нас вы, может, и спрячете, — не унимался недоверчивый мужик. — А с остальными что? Картер казнит каждого десятого за то, что вы убили этих уродов.

— А вот это придется обсудить подробнее. И первое, что меня интересует — сколько у вас осталось взрывчатки.

Повстанцы в нерешительности переглянулись.

— Достаточно. А что?

— Мы взорвем ее и обрушим часть туннелей. Пусть враг подумает, что вы предпочли героическую смерть позорной бойне. Как только мы вернемся в безопасное место, магистр Валуа затопит канализацию и смоет все трупы в море.

— Подойдите сюда, пожалуйста, — украдкой позвал Зарубин. — Вам стоит на это взглянуть...

Клирик срезал противогаз с помощью сгущенного, словно лазер золотого луча, после чего вскрыл мозг острым как скальпель кинжалом. В самой сердцевине серого (в данном случае — иссиня-черного) вещества нашлась киста размером с кулак, вперемешку оплетенная похожими на пиявки сосудами и проводами.

Внутри мерзкого сгустка обнаружился кусочек манорода размером с грецкий орешек — но не гладкий, какие мы и добывали изначально, а блестящий сотнями, если не тысячами граней. И когда медик пропустил через кристалл свет, на стенах россыпями заплясали восьмиугольные солнечные зайчики.

— Это еще что такое? — проворчал Одинцов, с опаской поглядывая на артефакт.