Ржевский 6

Якудза - настороженными и злобными, Шу - спокойным и безмятежным, Ржевский - жизнерадостным и по-прежнему предвкушающим.

- Если даже на петухов не среагировали, драки точно не будет. - После паузы потомок гусара раздосадовано махнул рукой. - Не бойцы... Слушай, упитанный. Ты сказал хорошую и правильную вещь, но не всю!

Гимнаст промолчал.

- Заверши за него? - предложила Шу Дмитрию.

В следующую секунду она почему-то поддалась порыву: обняла товарища за бок, прижалась к его бедру своим и коснулась виском его головы.

Ей неожиданно стало интересно, чем замужнее состояние отличается от холостого.

- Интеллект - действительно главное оружие солдата, - без паузы продолжил блондин. - Но, - он многозначительно поднял вверх палец. - Это оружие, как и любое другое, не работает без боекомплекта. А последним, в свою очередь, служат все и разные виды боевой и специальной подготовки. А у тебя, - он всё-таки обратился к Гимнасту прямо, - с последним пунктом проблемы. Да и интеллект в твоей голове, по большому счёту, тебе только видится.

- Неожиданно, - признала Шу, прикидывая, как бы правой рукой сделать сразу три дела одновременно.

С учётом повреждённой пары пальцев, видимо, никак? Или всё-таки...

- Господа, давайте не будем затягивать. - Она всё решила окончательно, настало время действовать. - Я прямо обвиняю вас как минимум в небрежении своими обязанностями: пока вы отсиживались в небоскрёбе, ваша глава могла погибнуть.

- И что? - второй толстяк напрягся сильнее.

Нападение - лучший метод защиты, всё с тобой ясно.

- За просчёты надо отвечать, - равнодушно пожала плечами японка. - Сами или помочь?

- Она хочет, чтобы мы себе брюхо вскрыли! - наконец раскрыл рот третий.

Норимацу, не говоря ни слова, закрыла и открыла глаза. Подержав веки в опущенном положении на половину секунды дольше.

- Агрх!.. - на удивление согласованным порывом троица рванулась вперёд, явно намереваясь побороться.

Здесь молодая глава клана была разочарована. Доставшиеся в наследство люди, причём весьма высокие во внутренней иерархии, традиционными категориями самурайской чести не оперировали.

- Бесчестные торгаши. Презренные стяжатели. - Она всё так же безэмоционально, как и надлежит мастеру дзен, произнесла им эпитафию.

- Хренасе. К А К?.. - заморожено просипел Ржевский, над головой которого только что практически вплотную целых два раза из трёх свистнул японский танто.