Я попал в какой-то неправильный мир Шиноби

Сразу же я приметил довольно большую толпу людей, что стояла около входа на территорию больницы. Там было как минимум человек сорок, и все они либо держали микрофоны, либо камеры.

— Ого, и с чего это вдруг тут собралась такая толпа? — с любопытством спросил я, на что дворецкий неловко улыбнулся и сказал: — В прошлый раз, когда я давал интервью, я не смог сдержаться и ударил журналистку. Это произошло на глазах у всех присутствующих, сам момент удара попал на некоторые камеры, и она пообещала, что подаст на меня в суд.

Чуть было не рассмеявшись, я еле-еле сдержался и с каменным лицом сказал: — Мда-а-а, надеюсь, что это было спланировано и та журналистка — твоя знакомая? — но в ответ он неловко улыбнулся и покачал головой. — И сколько же она хочет получить в качестве компенсации за этот удар? — спросил я.

Он почесал затылок и тихо произнес: — Три с половиной миллиона рён. Помимо денег она также хочет услышать личные извинения от нынешнего главы семьи, которому я служу.

Протяжно просвистев, я улыбнулся и покачал головой.

— Губозакаточную машинку ей и подзатыльник в придачу, ладно, постарайся выбить как можно больше денег с компании, одного-двух адвокатов выдели на это дело, пусть они его немного затянут. Ну что, поехали домой, не вижу смысла и дальше стоять за этими деревьями, смысла прятаться от журналистов у нас нет.

Он сразу же двинулся вперед, а я пошел за ним.

Как только мы приблизились к воротам, нас буквально облепила толпа жаждущих хороших заголовков кровососов. Наша машина же стояла в десяти метрах от въезда в больницу, так что нам придется немного потерпеть.

— Масуми-сан, скажите, это правда, что вы доверили своему дворецкому все активы и денежные средства своей семьи?

— Скажите, это правда, что вы стали калекой?

— Ходят слухи, что из-за вас погибли ваши родители, скажите, что вы думаете на этот счет?

— А правда, что…

Абсурдные вопросы сыпались на нас со всех сторон. Каждый журналист, видимо, думал, что должен был задать как можно более тупой и провокационный вопрос, чтобы мой дворецкий или я как-то отреагировали на них.

Правда за двадцать лет жизни в своей семье я стал вполне себе сносным актером, так что притвориться тупым и ничего не понимающим человеком для меня было плёвым делом. Что касается дворецкого, то он протискивался вперед, буквально выпихивая с нашего пути кровопийц, не реагируя на их вопросы ровным счетом никоим образом.

Добравшись до машины черного цвета, он открыл мне дверь и я сел в довольно неплохую на вид машину.