Дура

— Про необходимость я понял, — отмахнулся Бенедикт Иванович, — иначе, зачем бы меня сюда выдернули?! Но вот про то, что вы вообще никакого представления не имеете о специфике спортивного боя, меня как-то забыли предупредить.

— Но... Мы же много чего умеем, — набычился Васька, — и умеем хорошо.

— Вот то-то и плохо, что хорошо, — туманно высказался тренер, — переучивать всегда сложнее.

И принялся объяснять, чем реальный бой от турнирного отличается. Тут-то Марина и поняла, отчего странная бабулька — Антонина Константиновна одобрила её решение выступать в паре.

Оказывается, в парных поединках главная роль артефактору отводится. Это он «звезда», он у всех на виду, его умения определяют победу. Видимо боярыня решила, будто Марина просчитала последствия, но то, что их точка зрения совпала, хоть и из других резонов, её радовало.

И да, Гробоконь, логично, оказался артефактором.

Васька обрадовался конечно, паразит малолетний. Ещё бы! А вот Марина озадачилась. И объяснений Бенедикта Ивановича выходило, что хоть артефактор и на виду, на острие, так сказать, но бой ведёт всё равно воин.

Не явно, не эффектно, но именно боярин решает, как пройдёт поединок, начиная с подбора экипировки и заканчивая последним ударом. И тут же, противореча своим словам, о том, что боярином в поединке пожертвовать можно, а вот артефактором уже никак, что потеря артефактора равна поражению. И всё это ей, Марине решать предстоит.

А решать за кого-то она не привыкла, да и не умела толком. Но тут ей пришло в голову, что теперь она и вовсе на всю жизнь обязательствами повязана.

Не просто родственными, а иерархическими, поскольку теперь она боярин и Васька в её дружине. Навсегда. По праву крови. И на спортивной арене, и в бою, не приведи господь, он случится. Марина всегда за него в ответе будет

А может ещё и в обыденной жизни, так далеко её знания местного уклада пока не продвинулись.

И вот эти обязательства, невольные, очень её беспокоили — не привыкла она к такому.

Впрочем, долго загоняться Марина не умела, да и Гробоконь не дал такой возможности, плавно перейдя от общей теории к тактике с практической отработкой взаимодействия.

На удивление, занятия продолжались не так и долго, да и особых нагрузок тренер им не давал — тот же Фома

куда как жёстче издевался над молодыми Дуровыми. Больше было похоже на то, что тренер просто знакомился с подопечными, перспективы прикидывал. После уже, за ужином, вынес Бенедикт Иванович свой вердикт.