Дура

Казалось бы, далее всё хорошо будет, так ведь нет!

Война с Нихонцами случилась. Ну как война, конфликт пограничный, так потом политики скажут. Вот тех бы политиков на передовую засунуть, чтоб поконфликтовали немного. Когда тяжёлая артиллерия берег Шикотана утюжит, а в воздухе от воинских техник чайки дохнут. Конфликт им, бездна! Нет, за эти острова спор то давненько уже шёл, но в этот раз всерьёз сцепились, яростно и по-взрослому. Дуров, тогда как единственный вой в семье тоже на Курилы отправился, в случае военных действий закон никаких поблажек не давал: положено от каждого роду боярского воя выставить, так хоть на пупе извернись, а выставь.

Саму войну, Анатолий Ильич запомнил плохо: холод, сырость да камни вот и всё что он видел. С его-то вторым рангом боярин мог лишь три удара дальних выдать, вот и выдавал. Три удара по кораблям, щитами прикрытым. Потом кровь из носа и ушей, обморок и тебя прислуга к целителям тащит. Оклемаешься, какао хряпнешь со спиртом (некоторые и без какао обходились) и снова вперёд на три удара.

Вот и вся война. Некоторые, кто посильнее, и в дуэлях сходились, и чудеса мастерства да отваги миру являли, но не они перво-второранговые. Они, по меткому высказыванию одного майора гвардейского, были мясом войны, тем, что эта зараза жрёт, чем питается и отчего растёт.

Угу, разрослась, покуда с обеих сторон восьмиранговые вои на остров не пожаловали. Тогда уж императоры что Киевский, что Киотский сообразили — ежели эти два монстра сцепятся так и делить нечего станет. Не будет тех островов, глобусы переделывать придётся.

И две армии в утиль списывать. Словом, у кого уж там первым мозги на место стали, Дуров не ведал, только пошли  Минамото на мировую с Рюриковичами, и о дружбе вечной и любви аж на девяносто девять лет договорились.

А чтоб дружба крепче стала, да чтобы все уразумели что русский и нихонец братья вовек, порешили переженить народы меж собою, ну тех, кто в «конфликте» поучаствовал. Вот поймать бы того, кто эдакий ход придумал, да мордою его об дорогу, и много раз покуда думалку в хлам не сотрёт, сволочь.

Неизвестно как там, у подданных нихонского императора сложилась, а русским воям деваться некуда либо женись, если закон дозволяет, либо в Индонезию, к братцу уматывай, у кого он там есть, паскуда. А многие даже, и не возражали — экзотика вишь, идиоты.

Понятно же, что при таком раскладе, всяк, что поплоше спихнуть попытается. Неликвид, так сказать. А чтоб никому не обидно было, задумали ещё и жребий тянуть.