Дура

Нет, в то что Константин Владимирович решит от него избавиться Глущенко не верил. Не сейчас, по крайней мере. Потом, может быть, если он глупость какую совершит или даст повод в верности своей усомниться. Глупости совершать Алексей не планировал, как и торговать верностью, но опасный холодок хребтом чувствовал.

Но он-то ладно, а вот со специалистом филологом нехорошо получалось. Некрасиво как-то. Благо ещё ко второй, нихонской части расследования тот допущен не был, а потому выводов, так ошарашивших Глущенко, сделать не мог.

Наверное.

Впрочем, Константин Владимирович излишним человеколюбием не отличался, мог и превентивно специалиста прибрать. Во избежание.

Потому как выводы те, были ох как интересными.

Он ведь нашёл, нашёл ту нихонку из-за которой весь сыр-бор разгорелся. Хотя и покопаться в исторических хрониках островитян пришлось изрядно.

Обнаружена она была в «Бити хёранки» («повести о смуте в Бити») и имя её не называлось. Сказано лишь супруга Мимура Котоку. Так вот, эта самурайша или самурайка, пёс его знает как правильно, вышла из осаждённого замка во главе ещё восьмидесяти трёх баб и резво покрошила супостатов в капусту.

Ну, или во что там, у нихонцев крошат? И когда, наразвлекавшись, вызвала предводителя бандюков на поединок, тот отказался мотивируя тем, что она, дескать, демон, а с демонами дуэлиться ему бабушка не велит.

Тогда хозяйка замка, разобидевшись на подобное хамство, гордо удалилась, размахивая нагинатой. А проклятых вражин настоящие демоны пожрали, те что из пятна выбрались.

Вот тут Алексея Андреевича и торкнуло, как говорится. Нет не тогда когда про нагинату прочёл. Что нагината? У дикарей узкоглазых принято самурайских девочек в обязательном порядке учить с палкой этой управляться. Так что, нет, не из-за оружия на Глущенко озарение снизошло. Из-за демонов.

Оно ведь какая штука интересная получается: не было никакого пятна пока замок осаждали. И пока бабы вражеский строй разносили тоже не было.

А потом вдруг — бац и появилось. Или не вдруг?

Шалея от своей догадки, он бросился перечитывать, что же за бесчинства Ольга творила. Ох, простите — княгиня Ольга.

Вот та же история с древлянами: в школьных учебниках говорится будто сожгла она Искоростень, а на самом деле выходит — тварям из пятна скормила. Зачем спрашивается факты искажать? Что в этом такого? И тот и другой способ казни достаточно неприятен. Опять же, а пятно откуда взялось.