Рысюхин, наливайте на всех!

Или взять взаимозачётом за работу с доплатой – с моей стороны. Тысяч тридцать устроит?

– Подождите, не торопитесь! Во-первых, тридцать – это слишком много. Фургон мне обошёлся сильно дешевле, даже с учётом оплаты работы помощников и моей.

– При чём вообще себестоимость к цене? Любая вещь стоит столько, сколько за неё готовы заплатить. А мои коллеги заплатят двадцать пять и будут рады. Простите, что перебил.

– Ничего страшного, понимаю – эмоции. Во-вторых, эта конструкция сырая совсем, здесь много недоделок, кое-что необходимо поменять, некоторых важных вещей не хватает.

Лопухин хотел было снова перебить, но сдержался, только хмыкнул скептически.

– Да-да, расскажу, а лучше – покажу, сами убедитесь. В-третьих, этот аппарат вообще не предназначен для бездорожья, даже на плохой просёлок на нём соваться рискованно. Здесь два электромотора по двадцать пять лошадиных сил, каждый стоит на своей оси и крутит свою пару колёс. То есть дать всю мощность на задние, например, колёса – не выйдет. Будь эти пятьдесят «лошадей» в одной упряжке – может быть, по просёлку оно бы прошло, но по целине…

Я немного лукавил – дед в процессе работы вспоминал старинные, с его точки зрения, грузовики своей родины и я помнил, что некая «полуторка», имевшая сорок две лошадиных силы, в том числе – снабжённая третьей осью и заявленная на две с половиной тонны грузоподъёмности, использовалась во время большой войны очень широко, и на бездорожье – тоже.

При том, что в мире деда «условные лошади» слабее процентов на десять.

– Считаете, что пятьдесят сил – мало?

– Да, по моим прикидкам экспедиционный грузовик, чтобы более-менее выполнять свои функции, должен иметь низкооборотистый, то есть – с большим моментом, двигатель хотя бы сто двадцать сил.

Лопухин опять рассмеялся, не зло и не истерично, так что не обидно.

– Не обижайтесь, Юра, но ваш перфекционизм и вера в человека, конечно, радуют, однако порой уж слишком сильны. Насколько мне известно, самый мощный серийный грузовик на сегодня снабжается мотором в восемьдесят лошадиных сил и рекламируется как «покоритель прерий».

Мы несколько лет ходили в экспедиции с четырьмя французскими грузовиками. Два из них имели моторы в тридцать две «лошади», один, самый мощный, тридцать семь и один вообще двадцать восемь. А вы говорите – «хотя бы сто двадцать»!

– Двадцать восемь сил, грузовик?! По бездорожью?! Простите, но вы на нём ехали – или он на вас?!

– По-разному бывало! – Лопухин коротко хохотнул.

– Материли создателей?

– Не без этого.