Князь Никто 2: Черная Книга

Приоткрыл одну створку и полез в карман за портсигаром. Вспыхнул крохотный язычок пламени, по комнате поползла струйка сизого дыма. Я не вмешивался, не пытался его заставить говорить быстрее и вообще никак не подначивал. Честно говоря, я понятия не имел, что именно могу от него услышать. От «я хочу вернуть себе дворянское достоинство» до «а почему ты решил, что я тебя не продал?»

Может прямо сейчас за дверью стоят несколько мордоворотов в ливреях дома Голицыных во главе с одной из вздорных дочерей князя в качестве магической поддержки.

Может быть, он тут просто заговаривает нам зубы, чтобы мы никуда не сбежали, а тем временем из гостиницы потихоньку вывели всех гостей, чтобы никто не пострадал, если вдруг случится магический поединок. Может быть...

— Хорошо, князь Никто, я расскажу тебе правду, — Бенкендорф чеканным шагом вернулся к столу, раздавил окурок в хрустальной пепельнице. — Правда, моя история совсем не такая захватывающая и фантастическая.

Глава 6. Кое-что о грифе секретности

— И все? — спросил я, когда Бенкендорф закончил свою не особенно-то и длинную речь.

Прямо скажем, вообще не длинную, а очень даже короткую. — Я случайно оказался прав, когда пытался тебя задеть, и все?

— Увы, — Бенкендорф развел руками. — Моя мать отказалась от меня, еще не разродившись. Мне не передались по наследству магические способности Бенкендорфов, потому что, по всей видимости, отец мой был из обычных людей. Я неплохой сыщик, но каждый раз, когда я пытаюсь добиться чего-то большего, я упираюсь словно в стеклянную стену.

Никто... Хм. Пожалуй что и так. Теперь я лучше понимаю, почему я так к тебе прицепился тогда.

Я ничего не ответил. Странное было чувство. Как будто что-то идет так, как и должно. Словно я угодил в проторенную колею и иду по ней. И не сказал бы, что это чувство было приятным. Даже наоборот. Захотелось оглядеться в поисках ловушки или подвоха. Впрочем, если все время оглядываться, то можно так никогда никуда и не прийти.

— Значит мы притянулись друг к другу, как магниты, — задумчиво проговорил я.

— Кажется, теперь я лучше себе представляю...

— Что? — спросил Бенкендорф, когда я надолго замолчал.

— Да нет, неважно, — я махнул рукой. Мгновенно нахлынувшее озарение откатилось, как волна, оставив только привкус истины. Показалось, будто я понял что-то важное, оно сверкнуло в голове яркой вспышкой. Но сформулировать это я оказался не готов. — Давайте лучше подумаем про другое. Нам нужны деньги. Много денег.