Становление короля

— Вы, говорите.

— И сколько будет стоит ткань?

— Мы уже со дня на день запустим первые торговые производства. Льняные изделия метр на метр будут стоить от пяти до десяти монет. Со временем цена вырастет, но превышать двадцати монет не будет.

Повисла абсолютная тишина. Никто даже не знал, что сказать на подобное заявление. Пытаясь осмотреть реакцию, король обвел глазами присутствующих, вдруг замечая словно знакомую фигуру, правда, в темном плаще с капюшоном. Дроздов пытался рассмотреть её, но уже через мгновение там никого не было, словно ему померещилось.

Пытаясь продолжить с того места, где он остановился, Лукас медленно заговорил:

— Понимаю, метр ткани на прилавках начинался от семидесяти. Теперь вы сами можете понять, почему мы прекратили торговлю с Целер. Они непомерно завышали цены, из-за чего страдал простой народ. Я, как король, не позволю соседним государствам на вас наживаться. На сегодня все. Прошу дождаться открытия первых торговых точек и школ ткацтва. Ещё раз — был рад всех видеть.

Дроздов выключил магический громкоговоритель, ныряя обратно под свод дворца, оставляя позади шумные выкрики толпы. Вроде даже радостные, по крайней мере, какого-то бунта не возникло. Хотя, конечно, нововведения не всегда принимают так гладко, слишком часты в истории случаи, когда за такое и на колл сажали. Но то ли это в этом мире люди такое доверчивые, то ли его мир слишком подозрительный.

Дальше по плану был визит к одному очень уважаемому человеку.

Но Лукас так устал, что ему хотелось набрать горячую ванну и вдоволь належаться в ней. Он уже свернул в сторону своих покоев, как вдруг ему на глаза попался человек, которого он так долго искал.

Вергель.

Дроздов налетел на него, словно ураган, снося на пол и наступая тяжелым военным ботинком на горло. За этот суровый месяц мальчишка, в чье тело попал Василий Петрович, изменился. Больше он не был хилым и тощим, кости обрасли мышцами, питание изменило его до неузнаваемости.

Да, пусть ростом он пока был как и подобает двенадцатилетнему пацану, но это ведь тоже ненадолго.

Это, кстати, интересная вещь, все-таки у Лукаса генетически заложена вот эта худоба и слабость — на кого из королевской семьи не погляди, все тощие, а тут парнишка изменил свой тип. Была у Дроздова гипотеза, он, по молодости занимался изучением больных шизофренией, ставил на них небольшие опыты. Часто, у людей с этим диагнозом есть в голове другие личности.