Становление короля

Они отличаются от галлюцинаций типом своего происхождения и силой влияния на организм носитель, то есть тело.

И Дроздов, в моменты когда телом управляет его хозяин и другая личность, брал на анализ кровь. Так, у одного из пациентов был сахарный диабет, но когда контроль брала другая личность, тело неведанным образом вырабатывало инсулин самостоятельно! Эксперименты, правда, быстро прикрыли. Сам Дроздов едва не сел, но после все равно продолжил писать научную работу по этой теме. Так её недописанные страницы и покоятся на пыльных полках.

Возможно, с этим телом произошло тоже самое. Такой тип личности у Дроздова, что тело должно ему соответствовать. Все-таки, взять даже акцентуации по Леонгарду. Возбудимые личности, акцентуация которых проявляется в непомерной агрессивности, тугости мышления и жестокости, обладают атлетическим телосложением. Так что перемены в теле Лукаса были более чем объяснимыми и понятными.

Но только ему.

Вергель опешил, когда мелкий когда-то пацан втоптал его в мраморный пол.

— Ты думал, сможешь вечно от меня бегать?! — он с силой ударил советника пяткой в грудь. — Ты мне ответишь за Лилию. Ты мне за все ответишь!

— Ваше Величество! — говорившие до этого с десницей казначей, командующий разведкой и министр обороны, разом перехватили мальца за руки, оттаскивая прочь. — Что с вами?

— Этот низкий, лишенный совести и души, таракан, организовал убийство наместницы Лилии, — громко и твердо отчеканил Дроздов, доставая из глубокого кармана пистолет и патроны.

— Так нельзя! — его руки перехватил Демьян, добавляя уже тише. — Все люди и новые солдаты смотрят, у вас есть доказательства его причастности?

— Мои информаторы указали на него, — пытаясь не выдать Бальфура, процедил король. — Я здесь главный, я решаю жить этому ублюдку или умереть!

— Тогда решайте не на глазах у всех! — Демьян сжал его руку сильнее, намекая, что спектакль давно пора закончить. — Вставайте, сэр Вергель, не стоит делать вид, что двенадцатилетний ребенок мог вас так сильно пихнуть.

Тот вдруг широко усмехнулся, вставая, словно ни в чем не бывало. Он отряхнулся, глядя на Дроздова, будто и не было этой потасовки.

— Ты успел расположить к себе бравых защитников, — усмехнулся он прямо в лицо Лукасу. — Глупый мальчишка, решивший, что о пуп земли. Твои эмоции погубят тебя. Как и твоя вера Бальфуру. Думаешь, я не знаю, кто его освободил? Это я оставил там тот свиток. Это я душа и сердце этого дворца.