Становление короля

И мне было весело играть с тобой, ты и вправду думал, что я не читаю те письма? Все, что здесь происходит, происходит с моего на то разрешения. Я не убивал твою сестру. Я просто позволил ей умереть.

Дроздов смотрел в черноту глаз Вергеля, но в его душе ничего не дрогнуло. Будь эта речь посвящена двенадцатилетнему ребенку — он бы поверил в каждое слово. Но не взрослый мужчина, видевший таких психов пачками. И против этой лжи и бахвальства, против самого наивного блефа, работал только ещё более смелый блеф.

Лукас рассмеялся.

Не вальяжно или безумно. Спокойно, словно маленькая девочка пошутила, а этикет требовал смеяться.

— Сэр Вергель. Ты не задумывался, а может… это я тебе позволяю делать твои грязные дела? Может, ты жив и продолжаешь мутить воду лишь потому, что от мертвого тебя меньше проку?

Лицо Вергеля перекосило. Оно пошло пятнами.

— Не ты оставил там свиток, больше того, ты не властен над книгой. Не ты контролируешь ребенка, а он контролирует тебя. Ты уже давно не имеешь власти надо мной, а убийство Лилии стало последним жалобным криком.

Это была последняя ниточка, за которую у тебя оставался шанс дергать. И ты сам её перерезал, как я перережу твою глотку. Я не стану доказывать, что ты причастен к её смерти. Это твоей душе из чрева богини придется доказать, что я имею отношение к твоему убийству. И может оно и будет не моими руками. Но оно будет.

Развернувшись на пятках, Дроздов ринулся прочь. Он уже и забыл куда шел, гневно несясь через коридоры. Остановила его только та самая темная фигура в плаще, в которую он на бегу влетел носом.

Упав на задницу, король подскочил, ошарашено глядя на неизвестного. Что от него ожидать? Смерти?

— Едва сумел тебя догнать, — усмехнулся эльф, скидывая капюшон. — Тебе бы гонцом стать, с такой скоростью ходьбы.

— Ох, это ты, — Дроздов потер ушибленный копчик. — А менее зловеще не пробовал появляться?

— Боюсь, меня бы тогда заново скрутили и упрятали в камеру, — усмехнулся Бальфур, снова накидывая капюшон. — Я пришел лично выразить соболезнования.

И не переживай, есть у меня козырь в рукаве, чтобы людишки меня не замечали. Но пока работаю над этим.

Дроздов только мрачно кивнул.

— Я не успел её спасти. Не сразу прочел письмо. Идем тогда в западный сад, там сейчас никого.

Эльф кивнул и двинулся следом за королем:

— Вергель заслуживает смерти, но, поверь, перед ней он, как бешеная собака, будет кусаться направо и налево. Он знает, что я тебе помогаю, и наоборот, и обязательно использует это.