Не Время Для Гаремов

Да, эта больная на всю голову красотка в платье — богиня.

Королева драмы шизанутая.

Анимешница двинутая.

Реликт мифологический.

Плоскодонка олимпийская... хотя нет, насчет последнего вру. Фигура у нее действительно божественная — что я в какой-то момент имел неосторожность заценить, и за что тоже был подвергнут пыткам.

После десятого раза сдался. Проще было просто не пялиться — каким бы ты выносливым, упрямым и волевым человеком ни был, невозможно выиграть у палача, который может растягивать время и склеивать его в бублик.

— И снова молчишь... ты стал таким скучным, а раньше так говорил горячо, спорил... кричал так задорно...

Я с трудом удержался от того, чтобы не закатить глаза. Хватит тянуть кота за яйца!

Жутко хотелось задавить ее колесами НЁХ.

Но нееет, я продолжал игнорировать ее и лишь мысленно проклинал на все лады. Насколько я понял по мелким оговоркам, по правилам этой небесной госструктуры она не могла мучать меня просто так, потому что захотелось. Все души подотчетны, даже моя.

Пофиг, еще пару минут — и я буду свободным человеком. Потерплю.

— Что ж, я тебя услышала. Отвечай: желаешь окончить свое служение, жалкий раб?- не прошло и полгода, и богоподобная лярва перешла на холодный и деловой тон.

Вот здесь я перевел взгляд обратно на нее.

Лица ее я никогда не видел; и его, и волосы всегда скрывала длинная кружевная вуаль. Но в этот момент я был уверен, что смотрю прямо ей в глаза.

Ты меня не запугаешь, скотина.

Твердо отчеканил:

— Да. Таким был договор. Я свою часть выполнил. В полной мере.

Единственное, чего я тогда хотел — чтобы весь этот галлюциногенный трип закончился, и я оказался где-то в своем родном городе, и погулял по нему, и пришел домой, и сжег чертовы носки.

Но тут богиня рассмеялась. Милый звон серебряных колокольчиков заполнил окружающее, что плохо сочеталось с легионом мурашек размером с яблоко на загривке.

Когда эта садистка пытала меня, она тоже смеялась.

— Стойкий оловянный солдатик... так у вас, кажется, на планетке говорят? До сих пор не сломался! Моя любимая игрушка...

Ненавижу, ненавижу, ненавижу, не-на-ви-жу.

Перееду тебя грузовиком... ладно, нет, просто перееду в другой город.

Монстр в обличии хрупкой женщины подался вперед — я напряженно замер — и издевательски высокопарно произнес что-то неожиданное:

— Хорошо.