Та, которую я...

Она внезапно вскочила, подбежала, уперлась ладошками в мою грудь и с жаром заговорила быстро-быстро:

– Мои видения, в которых появляешься ты, не прекращаются. И я уж склонна считать, что в них заложен определенный смысл. В тех видениях всё происходит совершенно в другом мире. И я там тоже. Но совсем не такая. Я уверена, что ты точно не отсюда. Меня это пугает, конечно, но лишь на тебя я и могу положиться. Здесь никто не пойдет против воли моего отца. Скажи, есть ли в моих видениях хоть доля правды?

И уставилась в упор своими изумрудными глазищами.

– Возможно… Наверное… Я и сам не знаю… – опешил я от ее натиска и близости. – У меня тоже… видения… Да и памяти нет совсем…

– Избавь меня от помолвки с тем тщеславным индюком, – попросила она тихо.

Я кое-как погасил свое замешательство, и тут в моем мозгу возникла замечательная идея:

– Я попытаюсь… Хорошо, я это сделаю любой ценой. Но у меня будет встречная просьба.

Она тут же отпрянула, опустила глаза в пол, густо покраснела и едва слышно вымолвила:

– Никаких неприличностей я не потерплю… Ты не смеешь… Так нельзя…

– Да полноте вам, ваше сиятельство! – усмехнулся я, снова изумляясь ее растерянным видом, как там, на балконе дворца.

– В моей просьбе, конечно, мало достойного, но к вам она не имеет никакого отношения. Потребуется лишь ваша княжеская воля… Нужно всего-то приказать кое-кому кое-что… Вынудить, так сказать, некого человека совершить вполне приличное и благоразумное деяние…

– Если так и есть, то я согласна на уговор, – мгновенно преобразившись, заявила Аделаида.

– Дело за тобой.

Глава 22

Но произошедшее не значило, что Адель уже полностью на моей стороне. Когда я добьюсь нужного ей результата, тогда, пожалуй, будет так. Хоть на какой-то период.

А пока на ее милость не стоит рассчитывать, если вдруг Марфуша передумает и пожалуется на меня. Возможно, под действием нервного напряжения княжна решит, что я для нее бесполезен – мол, думаю не о ее поручении, а лишь о своей похоти – и сгоряча накажет самым изощренным способом.

Потому со служанкой я вел себя максимально сдержанно и во всем ей потакал. Марфуша, не закрывая рта, «пела песенки» про надвигающуюся свадебку. Намекая, что раз я приближен к знатному семейству, то господа позволят нам устроить торжественную церемонию прямо в усадьбе, да и сами поприсутствуют на ней в качестве почетных гостей.

Марфуше хотелось шика и размаха.

А мне хотелось, чтобы она поскорее заткнулась.

Иногда, конечно, мне хотелось оголить ее зад или грудь.