Никого нельзя обижать! Семестр І

Так что учебно-боевое снаряжение у нас троих было примерно одинаковым. Но вот поступь девушки, скрывшейся за плавным изгибом кольцевого коридора, в отличие от походки нашей старосты, мне совсем не понравилась. Было в ней что-то настолько хищное, что по моей спине пробежало целое стадо мурашек, хором скандирующее: «При первой же возможности вали её на х…й!» Причём последнее нецензурное выражение было использовано не в самом распространённом смысле.

А вот Ладу я, несмотря на все старания, вычислить так и не смог.

Тем временем женщина в моём шлеме проговорила: «Первый раунд – все против всех!»

«И что теперь делать? Заклинило, что ли?» – потолкал я запертую преграду, плотно прилегающую к охраняемому ею проёму. В противоположном направлении дёргать закрытую дверь было не за что. И вообще, откуда эта дверь и стена вокруг неё взялись? Ведь здесь должен находиться тир! По крайней мере, в прошлый раз, когда я стрелял из калаша, аналогичного висящему на моём плече, он тут и был! – «Ничего не понимаю!»

Но только я вознамерился должным образом приложиться к деревянному препятствию нижней конечностью, для чего даже слегка отступил назад, как игнорировавшая меня дверь, превратившаяся вместе с номером в мелкую чёрную пыль, с лёгким шорохом осыпалась на пол.

А моё тело с вытолкнутой вперёд ногой, увлекаемое силой инерции, под новую фразу в шлемофоне: «На полигон вошли все бойцы. Сражение начато!», сделало широкий шаг, чуть не исполнив при этом продольный шпагат.

Восстановив едва не потерянное равновесие, я присел и в сильнейшем обалдении щупал левой рукой (правая удерживала соскользнувший с плеча автомат) чистый, слегка шершавый, как и стены, пол. А потом, как баран, смотрел на новую двадцать вторую дверь, собравшуюся из посыпавшегося сверху порошка.

Это и спасло меня от позорного поражения в самом начале всеобщего сражения. Не успел я, начиная выпрямляться, развернуться, как слева и справа от моего небольшого, слегка расширяющегося в стороны, коридорчика, направленного внутрь полигона, выскочили грудастые номера «20» и «21».

Я тут же шлёпнулся на спину, открывая прицельный, слава Богу, ответный огонь и мысленно вознося благодарность тому, кто заставил меня сразу же после попадания на полигон снять калаш с предохранителя.