Императорский отбор

Давайте знаете как поступим — отобедайте, отдохните, а вечерком получите все, что нужно.

Старый хрыч только об отдыхе да обедах и думает, и пытается и меня всеми возможными способами отвлечь от работы. Что еще раз убедило в необходимости расследования — тот, кому нечего скрывать, и юлить не станет. И чтобы в отместку позлить помещика, я решил немного поиграть в народного героя.

— А давайте вот как поступим, — хлопнул по коленкам и бодро выпрямился. — К черту эти писульки — там половина, наверное, на пару лет устарела.

Кто-то помер, кто-то сбежал — на кой все это время тратить, если можно опросить крестьян прямо здесь и сейчас.

Хозяин побледнел и приоткрыл рот, я же вышел на крыльцо и громко произнес:

— Слушайте сюда внимательно! Меня зовут Титов Трофим Александрович. Я прибыл к вам с проверкой по распоряжению самого императора. Вот моя грамота!

Высоко поднял бежевый бланк с гербовой печатью и повертел из стороны в сторону, чтобы увидел каждый. Однако крестьяне вопреки ожиданию не бросились с просьбами и предложениями, а разом опустились на колени и стукнулись лбами в землю — и мужики, и бабы, и даже дети.

Я же, несмотря на очевидную неудачу, продолжил гнуть свою линию:

— Так, товарищи. Давайте вот без этого. Если есть какие жалобы — говорите сразу. А то уеду — и разбирайтесь сами.

Никто не поднял головы и не проронил ни слова. Впрочем, на что я надеялся — все эти ревизии не более чем фикция, а дворяне будут выгораживать друг друга до последнего. Если император и пошлет кого, то проверка закончится попойкой и развратом.

Кого вообще волнует, что у холопов на уме: не мрут, вкалывают — и ладно. Сложно представить, какую жестокость принесет местный Ленин. Хотя, судя по затянувшемуся крепостничеству, вместо идейной революции вполне может вспыхнуть новая смута или пугачевщина, а это куда как страшнее.

— Видите, господин ревизор, — с издевкой протянул помещик. — Все у нас чин-чинарем. Образцово-показательное хозяйство.

— А ведь и правда, — я покачал головой и понурил плечи.

— Вы простите меня, Пантелей Никанорович. Взъелся по беспреде... то есть, по недоразумению. Молодой, горячий — а тут от самого императора задание. Вот захотел выслужиться. Так что вы не серчайте, бога ради. Напишу вам самую лучшую характеристику.

— Что же... — старик заметно расслабился. — Раз такое дело, то может тяпнем на посошок? За успешное, так сказать, разрешение.

— Это я только за. Коль миссия выполнена — то и сдерживаться нужды нет.