Знак крови

Не сразу, правда, но признала. Князь. Убийца Питера.

Теперь пришла моя очередь вскочить.

– И что теперь? Доложишь обо мне? – нервно спросил у барменши, примеряясь к ее шее. Смогу я в нынешнем теле сломать ее так быстро, чтобы она не успела крикнуть?

– Да ничего. Я за барной стойкой с четырнадцати лет стою. Научилась разбираться в людях. Сначала хотела, конечно, позвонить куда следует. А потом присмотрелась к тебе и поняла, что не мог ты совершить все то, что о тебе трещат по телеку. Не тот у тебя характер.

Врали, значит, о тебе все это время.

– Может я искусный притворщик? И разыгрываю из себя невинную овечку, в то время как планирую разрушить, до кучи, и ваш городок.

– Не-а, – Марфа рассмеялась звонким колокольчиком. – Шею мою планировал свернуть, а про нашу дыру даже не думал.

Черт, она читает меня как открытую книгу.

– Не бойся, – девушка схватила мою ладонь, прижав к низу своего живота, там где начинали расти редкие русые волосы. – Если все будет хорошо, то семя твое даст плод.

А отцу своего дитя я ничего плохого не сделаю. Так что приезжай через год, с сыном познакомлю.

Вот ведь одержимая баба! Все о ребенке мечтает.

Марфа, обернув вокруг тела простынь, выскользнула из комнаты, вскоре вернувшись с ножницами и расческой:

– Давай, садись, стричь тебя буду! Опасно тебе так ходить. Не я одна такая глазастая.

Она распахнула занавески, запуская в комнату больше света, поставила посреди комнаты стул и постучала по нему ладошкой. Садись.

Я устроился на предложенном стуле, с опаской наблюдая за ее действиями. Ножницы были большие, явно не для стрижки волос, скорее всего кухонные, и могли с легкостью разрезать кожу, хрящи, да и маленькие кости им бы поддались без особого труда.

Впрочем, быстро успокоился – Марфа знала свое дело и кромсала мою моднявую прическу весьма уверенно. Простынь я с нее стянул, и она стригла меня бесстыже голой.

– Всё, – через пятнадцать минут сказала девушка, отходя на пару метров, рассматривая результаты своей работы.

– Пойдет. Теперь ты не студент академии, и уж тем более не князь,а обыкновенный курьер, ну или работяга какой.

Глянул в зеркало: ну да, пойдет. Бывали в моей жизни прически и похуже.

– Эх, еще бы перекрасить тебя, да краски нормальной нет. А рыжий тебе точно не к лицу.

Она села на меня сверху:

– А сейчас надо поблагодарить свою благодетельницу.

– Обязательно, – прошептал я, обхватывая ее под упругие ягодицы.