Открывашка и пробой

За что мне все это? Сбежать можно прямо сейчас, но… Но мне очень, очень страшно. Здесь у меня уже есть друзья и знакомые, а оборотни как один записывают меня в «свои», а я очень хочу им верить. Геннадий Петрович обещал рассказать обо мне только старосте и маленькой группе оборотней – типа совет деревни. Участковый здесь очень любит получать премии за отсутствие преступности и охотно берет взятки, поэтому с ним проблем не будет. Все, что на поляне и все, что притащит Геннадий Петрович с этого момента объясняется так: Андрей – сын ОЧЕНЬ (полагается ткнуть пальцем в небо) важного человека.

Увы, стал «открывашкой» и выгорел, поэтому его сослали в глухомань, чтобы не портил своим наличием репутацию важного папы. Последний за это присылает много подарков.

И вот это предлагает, на минуточку, учитель! Разве он не должен быть образцом для подрастающего поколения? Внезапно из-за холма раздался громкий хлопок. Это же выстрел! Следом – еще парочка, и на вершину холма выбежал шрамированный оборотень, к моему дикому удивлению держащий в руках набитую кремами, мылом, шампунями и бритвенными принадлежностями, ванну.

- Уходим! – скомандовал он мне.

Я подскочил, схватил его за подставленный локоть, и мы вернулись на поляну.

- Всё, лавочка закрыта, - поставив ванну на траву, сообщил он. – Полиция и какие-то попы приперлись. С ними усатый – наверно, ваш фермер.

- Хорошо, что мы успели вынести все ценное, - сохранил оптимизм Лёха.

Ему-то что? Ему-то ничего не угрожает.

Физрук подошел к пацану и взял его за плечи:

- Алексей, слушай меня очень внимательно.

Лёха посерьезнел и кивнул – слушает.

- Способность Андрея – уникальна, поэтому он сам – невероятно ценен. Ты это понимаешь?

- Понимаю, - посмотрев на меня, кивнул мелкий.

- С этой минуты ты должен беречь его даже ценой своей жизни. Его способность – шанс изменить нашу жизнь. Жизнь всей деревни. Никогда, никому не рассказывай ни о способности Андрея, ни, тем более, о том, что он из другого мира.

Важнее него, - указал рукой на меня. – Ничего нет, потому что другого такого шанса может не быть никогда. Ты понял?

- Я понял, Геннадий Петрович, - серьезно кивнул Лёха.

- В туалет я буду ходить один, - влез я.

- А вдруг утонешь? – стебанулся физрук. – Короче! – не дал ответить. – Алексей, беги к старосте, пусь собирает Малый круг и как можно быстрее идут сюда.

- Понял! Можно в боевой форме? – жалобно посмотрел на шрамированного.