Холодное лето 1402-го. Том 1

В памяти Дирка ничего такого и правда не нашлось, поэтому я испытал неловкость, но настаивать на срочных пояснениях не стал. Даже когда меня посадили посреди комнаты, маг все так же подчеркнуто уважительно извлек «изюминку» и …сунул мне ее за пояс, чтобы она непременно касалась кожи в нижней части живота.

Поначалу «ценная гадость» немного холодила кожу, но и все…

После этого маг сделал шаг назад, знаком велел мне не шевелиться, и принялся читать на какой-то очень странной латыни текст, больше похожий на религиозный гимн.

Нараспев, со множеством упоминаний бога-отца, его сына, кого-то еще – и, конечно же, очень многословные пожелания здоровья уже мне.

Еще через минуту живот очень сильно нагрелся, «изюмина» обратилась в пыль, а мне – просто ужасно захотелось спать. Проснувшись на следующий день еще до рассвета, я вдруг неожиданно осознал, что от прежней болезненной слабости ни осталось и следа.

Чуть позже дядя объяснил, что это была очень умело обработанная печень орка, и если наша компания в ближайшие три месяца добудет, а гость-лиценциат обработает хотя бы дюжину-две таких же, моей доли денег хватит нам года на два.

Когда мы расплатились с родственниками, я не сомневался, что у дядюшки где-то в загашнике припасено еще серебро. По крайней мере, до всех этих новостей он же не особо переживал о необходимости отдать полтора ливра? Тем более - благодаря сделке с новыми жильцами удалось даже сэкономить. Но в том, что у нас хватит денег, чтобы купить нечто подобное – тут я сомневался уже всерьез.

И как выяснилось, правильно делал.

Одноразовый артефакт «Глоток жизни» стоил не меньше 5 ливров серебром (2 флорина золотом), куча денег! И это еще очень-очень по знакомству!

В нашем городке его, например, было не достать. Их вообще всегда не хватало, поэтому обычно торговали с весомой наценкой. Правда, со слов наставника выходило, что маг заверил: мол, беспокоиться не стоит, я получаю артефакт в качестве аванса, потому что ждать, пока выздоровею обычным способом – чистый убыток…

Ну да, лечение, даже такое недешевое, было необходимо.

Но Вальдемар собирался выделить мне еще и одну из своих лошадей. Невозможно пешим, сопровождать полностью конный отряд. И все вот вроде отлично, по крайней мере, на взгляд Александра Кузнецова, успевшего привыкнуть жить в долг.

Но в глазах Дирка\Теодориха все выглядело совсем не так однозначно.