Франт 4

Точно школьнице? — Разве это спасет нас от ёкаев?

— Я не знаю, как от ёкаев, Сакура, — решив не заморачиваться этими их местными странностями, начал я пояснять ситуацию, — но от этих несчастных, только инфициорванных спорами или уже с проросшими грибами Кисигавы — однозначно! Попав в тело, мои споры прорастут безобидными и, я гарантирую, безопасными грибами-симбиотами прямо в легких носителя. При контакте же со спорами Кисигавы, неважно какими и как попавшими в организм, то ли воздушно-капельным путем, то ли через укус, так вот, они будут сразу же уничтожены моими спорами, выделение которых, к слову, в этот момент усилится для насыщения ими округи с выдыхаемым воздухом.

Попадая же в носителя вражеских спор, мои споры либо обеззаразят его, либо уничтожат. Тут уже зависит от состояния этого вот носителя. Как можно понять, фатально обезображенный, так называемый вами, «ёкай» — уже не сможет существовать как человеческая особь, поэтому такие умрут. Но вот еще не перенесшие фатальных изменений — выздоровеют!

— А как же Кисигава-сан? — всё с той же серьезностью обратилась девочка, которая по-прежнему находилась всё так же близко, и чье жаркое дыхание щекотало мне шею, изрядно так будоража.

— Кисигава, сука такая — сдохнет уже через... — отвлекся я, чтобы проверить: на каком там этапе исполнения моего плана сейчас Вжух.

Но, получив вакидзаси в сердце, даже не успел удивиться: как это простая железка пронзила комбез и не только, даже не задержавшись! Хм(озадаченно), видно, не простые клинки у моей красавицы.

Не зря же торчащий из моей груди всё еще светится во Взоре, жаль только, когда била я не смотрел так же. Мда.

На всё произошедшее я лишь грустно улыбнулся милой Сакуре, со знанием дела хорошенько так прокрутившей в моей ране клинком, зажатым в правой руке, пока левой — за ножны и очень уж показательно да на виду, так сказать, она сжимала свою катану.

— Я — последняя из рода Огури, чьи предки поклялись защищать свою вотчину и всех тех, кто на ней живет.

Поэтому говорю тебе, порождение: я не дам тебе поработить всех нас! Умри же, ёкай, — опалаяя меня своим полным ненависти взглядом, торжественно возвестила, судя по всему, потомок здешних феодалов.

Непонятно: почему последняя, правда. Но, как видно, в такие вот моменты пользующаяся полным повиновением всех окружающих, разом вдруг склонившихся перед... Хм(грустно), а с виду всего лишь милой школьницей Сакурой.