Чёрный лис. Том 1

С одной стороны было море, с другой - живописные зелёные холмы, с множеством деревушек, ярких магазинчиков и заправочных станций.

Наконец мы свернули с главной дороги на более узкую, которая постепенно забирала всё круче в горы. В какой-то деревушке Сакура наконец остановилась.

- Здесь - последнее место, где можно нормально поесть. Ты проголодался?

Я молча кивнул.

Пока ехали, не перемолвились и словом, а я всё пытался понять: сколько в её словах правды? Неужели я настолько одержим Шивой, что не замечаю ничего вокруг?.

. И ещё: надо контролировать свои эмоции.

Оставив мотоцикл на стоянке, Сакура направилась к низкой приземистой постройке, похожей на магазин и заправку одновременно.

Прямо на асфальте стояло несколько столиков, за одним пожилой мужчина читал газету, за другим две дамы в толстых вязаных кофтах пили чай с крошечными ореховыми пирожными.

Небрежно бросив шлем на пустой столик, Сакура рухнула на стул и вытянула ноги. К ней тут же подбежал официант и поклонившись, протянул ламинированное меню.

Девчонка что-то прощебетала, официант умчался. А я только-только слез с мотоцикла и теперь медленно плёлся к столику.

Ноги разгибались плохо. Колени затекли, задница онемела. Как такие нагрузки выдерживает пятнадцатилетняя пигалица?

- Почему ты мне помогаешь? - я осторожно присел на пластиковый стул. На удивление, тот оказался удобным. - Извини, я должен знать. От этого зависит успех моей работы.

- Фудзи-сама меня попросил, - она не смотрела мне в глаза.

Водила пальцем по гладкому пластику стола и чуть постукивала носком правого ботинка.

- Неправда. Это твоё решение, - я старался говорить спокойно, одновременно оглядывая окрестности.

Здесь, в горах, было значительно холоднее, чем у моря. Воздух был влажным, напоенным запахом хвои и сырой земли. Где-то неподалёку шумел горный поток.

- Фудзи-сама поверил тебе, - буркнула девчонка. - Он считает: то, что ты делаешь - очень важно. А если это важно для него - важно и для меня.

- Ты в него влюблена.

- Вот ещё.

- Не отрицай. Я вижу. И не вижу в этом ничего ужасного.

- У него много женщин. Богатых и красивых. А я - всего лишь замарашка с соседней улицы.

- Ты ОЧЕНЬ красивая, - это я произнёс с большим чувством, чем собирался. - И он это знает.

- Нет, не знает, - у Сакуры сделалось такое лицо, словно на неё свалились все скорби мира. Усилием воли я сдержался, чтобы не улыбнуться. - Он никогда не смотрит на меня. Только на... неё.