Легенда: начало пути

- Приве-е-ет!

- Чёрт побери... - тихо выругался я, только и успев, что опустить голову вниз на тропинку. Знает же ведь, чертовка, что красавица, вот и драконит! Ох, хоть бы не последовало реакции организма...

И тут у меня как-то странно шевельнулось нутро. Спешно подняв взгляд, я увидел... Почти раздетые дыньки.

- Я скуча-а-а-ла! - в меня буквально влетели, вжав мою голову в грудь сквозь полотенце. Лёгкие предательски выпустили из себя последний воздух из-за неожиданности. - Как же я скучала... Ты не поверишь просто! Думала уж, ты не придёшь больше! Я так рада тебя видеть, хи-хи.

- П... по...

-Чего-чего?

- ...гите....

Когда моё сознание уже почти ускользнуло, раздался спасительный женский голос.

- Доченька, отпусти Рауля! Немедля! И в каком вообще виде ты вышла встречать его, а?! А что если бы у нас была более людная улица?! БЫСТРО В ДОМ!

- Ну блин! Мам!

- ЖИВО!

Наконец меня выпустили из крайне приятных... В смысле, страшных объятий. Сев на корточки, я начал судорожно глотать воздух, стараясь при этом не поднимать глаза выше, просто глядя на каменную тропинку.

- Ты как, в порядке? Санти не ушибла тебя по голове? - ко мне абсолютно незаметно подошла обладательница того самого спасительного голоса. Медленно подняв голову, увидел большие...

- Лиза! Хватит там дойки мять и веди парня на задний двор! У нас сегодня последний урок! - громогласный голос Фридриха тут же заставил меня словить концентрацию и прекратить все эти непотребства.

Поднявшись под тихий "ох" мамы Сантины, с которой они были похожи практически как две капли воды, выпрямился и упёр взгляд строго вперёд, на дом этой... Шибутной семьи. Во избежание, так сказать, потери концентрации. Двадцать с чем-то шагов и вот я уже был на заднем дворе их дома, благо, у них тут была возможность просто обойти дом, пройдя рядом с баней.

На импровизированном тренировочном поле меня уже ждали.

Невысокий, примерно на пять сантиметров выше и на три-четыре сантиметра шире меня мужик с небольшой седой бородой и такой же седой головой с короткими волосами. И одет он был, на моё удивление, не в обычную тренировочную одежду, а в неполные латные доспехи поверх какой-то странной одежды. А ещё взгляд у него был... Суровый, мягко скажем. Так на меня смотрел отец однажды, когда я впервые заикнулся об академии, мне ещё тогда пятнадцать лет было.