Последний русич. Великий поход

Никаких засветок и бликов. Я специально проверил. Несколько секунд пялился на костёр, а потом заново осмотрел заросли за своей спиной. Отсветы костра давали достаточно света, чтобы различать окружающие предметы...если они не закрыты магической маскировкой...

— Может привиделось? – едва слышно прошептал я, — Устал с дороги, вот и мерещится всякое...

— Нет! — внезапно ухнула в ночи какая-то птица и я ощутимо вздрогнул. Даже сидевшие у костра воины прекратили разговоры и напряжённо прислушались к необычному звуку, — Нет!!!

— Нет.

.. — эхом повторил я и осторожно коснулся земли рядом с собой. Руку обожгло холодом. Я наклонился ближе и увидел иней, на примятой траве. Иней, посреди жаркого лета, — Не привиделось...

— Садись к нам, княжич, — позвал меня Никита, — Мы думали, ты спишь давно. Чего поднялся? Крикуны разбудили?

Пару секунд я смотрел на десятника и думал, что ему ответить. Судя по всему, ночной гость обеспечил нам все условия для приватного разговора. Так же, как я видел рядом с собой дружинника, остальные члены моего отряда видели беззаботно дрыхнущего княжича.

Потому и не беспокоил меня никто. И к костру не звали...

Рассказывать остальным о состоявшемся разговоре я пока не собирался. И даже не был уверен, что вообще когда-то о нем расскажу. Мне прямо намекнули, что соваться в Шумячи не стоит, но этот намёк вызывал такое количество вопросов, что от их веса становилось трудно дышать.

Кто это мог быть? Зачем ему мне помогать? Ловушка или просто шутка лесной нечисти, когда глупый путник сам приходит в логово монстров, да ещё и стучит в дверь, чтобы быстрее открыли? Или нет? Что я знаю о местной нечисти, кроме того, что говорил Прохор?

Усталый мозг продолжал безжалостно вязнуть в куче вопросов.

Почти все члены отряда выжидательно смотрели на меня, а я пытался найти единственно верную линию поведения в сложившейся ситуации. И Алёша ещё, как на зло, отчалил на своё внеплановое повышение квалификации. .. Или что там у него за перезагрузка?

— Что за крикуны? — разом уходя от скользкой темы своего короткого сна, наконец спросил я, — Опасные?

— Только тем, что спать мешают, — прогудел Прохор, — А так безвредные они. Хотя разное народ болтает...

Дружинники при этих словах отвели взгляды, словно это они болтали всякое и теперь им неловко, что кто-то это обсуждает. Реакция была довольно странная и мне, почему-то, показалось, что за ней скрывался страх.