Боливар исекая (ПВ-1)

Заартачусь, прирежут в уголке по-тихому. И если собой еще можно рискнуть, то Каей рисковать я точно не стану.

У местного гетто, – места проживания банды на окраине Самура, между южным выходом и западным (для паломников к горе Влюбленных) было шумно. Три дома были самозахвачены бандитами, домовладельца по-тихому свели в могилу, любил он выпивать и однажды, напитком поперхнулся. Рядом тянулась улочка, выходящая к низенькому, полуразобранному валу из камней и с оградой из бревен, вертикально вставленных в землю.

Самур был по периметру обнесен таким валом, кое-где уже разрушенным. Служило это больше психологической защитой и как помеха для передвижения крупного транспорта вроде телеги.

Ведь средневековье – это учет и воровство. Или контроль и воровство.

Играла гармонь, гнулись пальцы: банда сидела у среднего дома, попивая винцо и комментируя пляски двух девиц с низкой социальной ответственностью. Мирес, углядев меня за Гудишем, гадко заухмылялся и салютанул своим пойлом. Он сразу понял, что я пришел с миром.

Магпалочку все маги этого мира держали, как меч, у бедра в специальных ножнах, кто-то извращался для ножен у подмышек – при короткой палочке, но полностью зачехленной волшебную палочку держали только в особенном случае. Показывая, что намерения абсолютно мирные.

– Пришел вступить в нашу банду, – издевательски спросил он, – знаешь какой будет взнос?

– Друзья, – восторженно сказал я, демонстрируя энтузиазм, – коллеги и просто собутыльники! Сегодня счастливый день воссоединения нашей команды.

Нас ждут великие дела, но прошу вас держать в секрете то, что я вам поведаю.

На меня непонимающе посмотрели все.

– Есть сведенья о богатом купце, – тихонько шепнул я Миресу, – но не при этих же. Я глазами показал на девиц.

– Так, вы обе, – скомандовал Мирес, – бегом в дом, готовьте жрать. Отойдем за стену, – сказал он уже всем нам.

Мы перелезли ограду, его шестерки отодвинули подпиленное бревно и вся банда вышла за Самур.

«Одиннадцать будущих трупов», – отстраненно подумал я.

Не было особенных чувств: ни в жар, ни в холод не кидало, но маску своего парня следовало держать дальше.

– Ну, выкладывай уже, Сопляк, – нетерпеливо приказал Мирес, отойдя метров на сорок от стены.

– Хочу вступить в вашу команду, – восторженно затараторил я, – вот мой взнос Мирес, держи золотой! Ты отличный лидер!

Мирес недоуменно посмотрел на золотой кругляш в своей руке под завистливыми взглядами.