Повторить перерождение!

Он предпочёл подняться так, нежели использовать лифт. В любом случае, если он хотел лишь подкрасться, у него получилось. Нечасто я направляю оружие на кого-то, а уж тем более так резко, но прямо сейчас в моей голове не было сомнений.

— Стой-стой! Это я, Цепиш, вот видишь, руки уже подняты! Не нужно всех этих резких движений, я и сам вампир! Так что?

Цепиш создал фальшивую интригу вокруг самого себя. На самом деле если представить образ статного, взрослого, опытного вампира то облик окажется на удивление знакомым...

— Вампир? Докажи.

Прошла всего секунда после моих слов, как ветром Цепиш подлетел... Револьвер, только что направленный на него, уже вплотную приставлен ко лбу, без каких-либо шансов увернутся.

— Мне хотелось избежать такой демонстрации... Хотя так и быстрее всего. Что там за патроны?

Трёхлинейный семи зарядный револьвер под патрон Нагана... Можно даже и не спрашивать, в нём нет серебряных пуль. Только свинец.

— С точки зрения логики.

— Тогда стреляй!

А ведь ты мог спокойно дослушать и я бы ещё колебался... Глухой выстрел тут же раздался на всю обзорную площадку. Я уж невольно начал переживать за револьвер... Вплотную стрелять отнюдь не полезно. Но, вроде бы... В порядке.

— Ох, теперь придётся восстанавливать силы.

Небольшое облако пыли, перемешанное с порохом, поднялось вроде-бы из барабана. Вообще я не уверен, порох это или та же пыль, мне бы стоило разобрать Наган и прочистить ствол ранее.

— Ты в порядке?

Пистолет не отвечал... Поэтому Цепиш перехватил инициативу.

— Ох, господин Дацио, я рад, что вы беспокоитесь обо мне!

Я поднял глаза и увидел как только что упавший мужчина заново поднялся на ноги. В его лбу была глубочайшая дырень, просверленная настолько искусно, что видно насквозь. Телесные жидкости этого явно неподозрительного человека хлынули как вне себя... А сам он стоял с жадной улыбкой, ожидая условную похвалу.

— Ужас. Возьми, хоть, галстуком перевяжи.

Дацио конечно доказал, что он не человек. Не сказать, что у меня большой опыт стрельбы, но здесь не только суть в его живучести. Есть большая разница, стрелять в воздух или живую цель, но тут нет абсолютно никаких чувств и противоречий. Даже опытный охотник задерживает дыхание во время выстрела. Человечность заложена у нас в корнях, но Дацио... Он не живой.

— Так вот, Дацио...