Сандаучар из Сундуковки

Да, Новый год встретишь в поезде. Но если дело говорит «Надо!», то ты отвечаешь «Да». И идёшь.

Таков Путь Курьера. Тех ты там, жрец или простец.

Хватай и беги.

Путь привёл самолётом до Москвы, электричкой от Москвы до Владимира, а там Богдан поймал попутку до Суздаля и час выслушивал жалобы на жизнь прогоревшего сыровара, подавшегося нынче в таксисты. Сыровару Богдан сочувствовал, тот же почти брат-тех, но прилюдно назвать Амалфею козой… кем надо быть? и два литра свежего самогона тому не причина!

Положа руку на сердце, Богдан бы тоже обиделся, если бы его назвали козой.

Монастырь встретил свежим снегом, засыпавшим главное здание и пристройки, и укрывшим ближние окрестности.

Снег, скрипучая калитка, вредная мелочь.

На сей раз девчонка синела губами, щеголяла туникой в греческом стиле и босыми ногами, и даже хмурила брови как взрослая. На послушницу было холодно смотреть, Богдан почувствовал, как по спине двинулась в победный поход рота мурашек.

А белобрысая прищурилась.

— Это опять ты… Как тебя звали? Бронтозавр из Многохвасты?

— Сандаучар… — пробучар… то есть, пробурчал, Богдан.

— Да, да, из этой, как её, — она щёлкнула пальцами, припоминая, — Сундучихи.

Богдан промолчал. Сей раунд остался за мелочью. Тролль из неё вышел изрядный.

— Ладно, идем, — сказал женскотролль и распахнул калитку пошире.

Пропустила Богдана, затворила привычно взвизгнувшую дверь и зашагала впереди. Босыми ногами по глубокому снегу, оставляя лунки в форме человеческой стопы.

В каждой лунке — блестела вода.

— Не убираете? — бросил Богдан в спину мелочи.

— А зачем? — Та даже не обернулась. — Снег это тоже вода, а мы Храм-на-Воде.

— Вода, снег, лёд… — задумчиво пробормотал Богдан.

— …Пар, лёд-9, лёд-18, — откликнулась девица, остановилась, смерила парня странным взглядом и завершила: — Да и ты — вода.

В животе у Богдана испуганно квакнула внутренняя лягушка и что-то забулькало. Вода? Вон, и по спине капля прокатилась.

Дальше шли молча.

Обогнули парящий теплым паром колодец.

Пар оседал на беленых стенах, покрывая ледяной бахромой все выступы, навесы, кованые фонари, затягивая серебристой паутиной изморози проемы собора, колокольни и бывшего дома митрополита.

Как совсем недавно узнал Богдан, Храм Матери-на-Воде получил это место не так уж и давно, лет тридцать назад, выдавив отсюда Храм Креста.

Или выкупив? Всякое болтали.

В полуподвале Богдан с мелочью проделали тот же ритуал, что и в прошлый раз.