#Бояръ-Аниме. Пушкинъ. Том 1

То, что было не со мной, помню…

Белые стены… Мягкий свет… Удивительно упругая и в меру жесткая кровать… Какие-то приборы вокруг, писк этот непонятный… Где я?! Последнее, что помню – дикая боль в животе, холод и какой-то светлый тоннель перед глазами… Внезапно взгляд скользит по руке… Что это?.. Почему рука такая худая и… молодая?! Кто я?!

Стоп! Еще раз! Отставить панику! Что я помню?!

Я – Александр Сергеевич Пушкин, известный поэт, в меру вольнодумец, не всегда в меру игрок, ревнивец и, пожалуй, рогоносец, как не печально это признавать.

И, конечно, дворянин!

Ключевое здесь – поэт… Осенняя пора… Нет! Не помню! Ничего не приходит в голову…

Ладно, это потом… Я был на дуэли с Дантесом два дня назад, получил пулю в живот, перебившую перед этим шейку бедра. Как сказал Арендт, между прочим лейб-медик, шансов выжить не было. Так что я точно умер… И где я сейчас? В Чистилище?! Голова болит от перегрузки и сознание медленно уплывает…

***

Через некоторое время я опять прихожу в себя, но ощущения совсем другие.

Не знаю, что со мной сделали, пока я был в беспамятстве, но точно добавили сил и желания действовать. Еще бы понять, что вообще делать?! И, главное, где я?!

Кажется, я в каком-то закрытом помещении, причем один-одинешенек. С чего я так решил? Нет никаких посторонних звуков, кроме уже надоевшего писка и гудения, доносящегося от аппаратов непонятного мне назначения. «Это ИВЛ», подсказывает мне память. И тут я понимаю, о чем речь: ИВЛ – аппарат для искусственной вентиляции легких. Чего?! Откуда я это знаю?! Да что тут, якорь вам в глотку, происходит?!

Так… а причем тут легкие, если у меня было ранение в живот?! Чуть приоткрываю глаза и старательно кошу во все стороны, но… никого не замечаю.

Из меня торчит куча трубок, на лице маска, какие-то аппараты работают рядом, все это странно и непонятно, хотя один я уже узнал – со странным названием ИВЛ. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Осторожный осмотр комнаты показывает, что она… абсолютно нетипична для жителя первой половины XIX века.

Город на Неве, конечно, не Париж, но и у нас разных технических диковин хватает. И ничего похожего на местные источники света я даже не представляю, что уж говорить про «не помню»… Обычное «светодиодное освещение», ничего особенного – подсказывает мне собственная память, используя слова, которые я никогда не знал, но почему-то понимаю смысл… Что за… за?!

Жаль, нет зеркала, хотя зачем оно в больничной палате, да еще непосредственно над лежащим больным.