Итан Хазгу. Проклятый лес

— Ой, тут как стена невидимая, — сообщил он. — Не пройти дальше!

И он напрягся, видимо пытаясь продвинуться вперед, но почти сразу сдался и, развернувшись, спрыгнул обратно на траву.

Следом за ним то же самое хотел попробовать Финик, но не смог даже вступить на камни моста. И сразу же отступил с удивленным видом. Попрыгал немного и отошел в сторону, озадаченно почесывая затылок.

— Вот ведь, хрень какая!

Дальше всех из сектантов смог пройти Хварг, шага четыре сделал, багровея лицом и сжимая кулаки. Но потом и он обессилено выдохнул и вернулся назад.

— Не для моих это сил, — объявил он. — Стар я уже для таких испытаний. Но я знаю, что это такое. Вспомнил одну историю…

— Расскажи, дядька Хварг, — попросил Сухарик, второй матрос со Щуки, молодой парнишка лет семнадцати, тощий, с узким лицом и длинными руками.

— Да вот оно как было… В горах обвал случился и часть породы сошло. Там нашли лестницу, вроде бы, в никуда ведет, перед скалой начинается и прямо в сплошной камень упирается. Чистая, целая, будто вчера сделал.

Только вот никаких каменотесов в тех краях отродясь не жило, скотоводы одни, да и тех не много. К тому же, если бы кто трудиться там стал, то услышали бы в округе.

— Может магия? Известно ведь, что великие силы в мире имеются, — и Крал осенил себя знаком Ланьерги.

— Такое вероятно, — кивнул Хварг.

— И что дальше случилось? — поторопил рассказчика Финик.

— Многие на эту лестницу подняться пытались, но все как один обратно разворачивали. Так им страшно становилось, что мочи не было, и второй раз уже не пытались даже.

— Врут небось! — заявил Сухарик. — Нет такого страха, чтоб не прошел со временем.

— Может и так, — кивнул Хварг. — Но молод ты еще, чтобы все на свете знать.

— Мой черед теперь, — объявил Кайел. — Никогда о таких штуках не слыхал.

Сероволосый поднялся, подошел к мосту, скинул с себя рубаху и вступил на расписанные символами камни. Сделал маленький шаг и замер. А потом внезапно развернулся и как ни в чем ни бывало спрыгнул обратно в траву.

— И правда, не пускает.

Как будто преграда невидимая, — сообщил он остальным и повернулся ко мне. — Ну что, Итан, сходи и ты? Не только же Хваргу за нас всех потеть.

Сам мост представлялся мне огромным артефактом, я чувствовал в нем мадью, но не видел никаких плетений. Просто камни и символы, но все вместе это имело внутреннюю силу. Попробую, пожалуй…

— Здесь как будто арка под мостом и темно в ней, как будто ночь, — донесся до нас голос Сухарика вдруг сменившийся истошным визгом.