Итан Хазгу. Проклятый лес

Неожиданная атака магией отвлекла его и одна из карт воткнулась в грудь. Вторая распорола рубаху на плече, а еще одна скользнула по щеке, оставив кровавую полосу. А потом он атаковал, вырвавшись из пылевого облака. Движения резкие, чуть рваные особенно с правой руки — там, где в мышцах груди засела карта, и разорвано плечо.

Но все равно, отступаю в глухой обороне; один клинок против двух — трудный расклад. Оказалось, что руна в наруче работает лишь периодически. И пока я это сообразил, то уже получил несколько ран.

Жгло бедро, кровь струилась по предплечью и гудела голова от влетевшего плашмя удара. Промятая кираса уже не раз и не два спасла мне жизнь. Отступаю, фехтуя на пределе сил, и если бы не лечебная руна на рукоятке сабли, то силы бы уже кончились. Но вижу, что сдает и сероволосый. Его глаза потускнели, а губы сжались в тонкую линию. Его раны болезненные и много крови — мы на двоих уже залили половину зала. Чувствую, что готова руна в наруче и, улучив момент, выстреливаю пылью прямо в лицо, в упор.

Он отшатывается и кувырком назад разрывает дистанцию, пытаясь протереть глаза.

— Продавец гробов знает хитрые приемы, — хрипит он, а я срываю клапан кожаного тубуса и одну за одной кидаю в него стекляшки с ядом. Лишь последнюю оставляя в руке, чтобы наверняка влепить в упор с размаху!

Первые две бомбочки он отбивает удачно, а третья разбивается и его левую руку обливает зеленая пузырящаяся жижа. Он не заорал от боли, хотя рубаху и кожу сожгло мгновенно. Бросившись вперед, он отбил в сторону последнюю склянку и обрушил на меня шквал ударов, рыча от боли и ярости.

Отбив саблю в сторону ударом справа, он заносит левый клинок, и я уже понимаю, что не успею защититься. И тут он с грохотом падает мне под ноги, а я, не успев опомниться и понять, что случилось, перетягиваю его клинком, разрубая плечо, лопатку и шею. Он порывается вскочить, атакуя снизу, но снова падает, а я вижу, что за лодыжку его намертво удерживает своей единственной рукой пришпиленный к полу здоровяк.

Сероволосый медленно встает на ноги, опираясь на один из своих мечей, а второй остается лежать на полу. По его спине стекает целый водопад крови, но он смеется.

— Продавец гробов и дымный человек убили меня… Убили…, — тут глаза его меняются и из них уходит безразличие и спокойствие. — Я вспомнил свое имя… Меня зовут Кайел. Кайел Хазгу. А ты… Ты же Итан… Мой брат… Вот же как…

Он опрокидывается вперед и падает об пол, даже не пытаясь подставить руки.

Итан...