Итан Хазгу. Проклятый лес

Круг Зеркального ручья провожал нас как героев, несмотря на раннее утро. Все было заполнено людьми, а для нашего каравана оставался лишь узкий проход. Женщины тянули руки, стараясь коснуться меня, поднимали детей повыше. А воины потрясали оружием и выкрикивали какие-то слова, обращая их то ли ко мне, то ли к своим божествам. И вся эта человеческая масса гомонила, пела, ликовала как на большом празднике. Ат-шара же грядет, война с неведомыми демонами, как тут не радоваться?

Наш путь до берега реки занял весь следующий день.

А все из-за того, что пришлось объезжать обширное, но совершенно неопасное с виду болото, в которое местные не хотели соваться ни под каким видом. Отговаривались тем, что там всего одна тропа, но пройти по ней на лошадях никак не получится. Пришлось поверить, хоть и было безумно жаль времени — после сражения с жада-ам я все острее чувствовал, что нам надо поспешить. Лес ждет, но это состояние не вечно. Как будто тучи сгущаются, но глазами их еще не видно.

Отдельную неприятность нам доставил назойливый валь-ван.

Шестиметровая тварь, похожая на очень толстую многоножку с длинными суставчатыми ногами, действительно вознамерилась нами перекусить, когда мы случайно отвлекли ее от обгрызания листьев на дереве.

Ну, точнее, не все мы… Сухарик отправился отлить и удалился на некоторое расстояние от лагеря. А когда увидел валь-вана невдалеке от себя, то не нашел ничего лучше, как завопить на весь лес и броситься наутек, шумно и неуклюже. Чем, конечно же, привлек животное.

А валь-ванам, как рассказывал Хуунга, очень нравится запах человека. Как будто сладкий пончик совсем рядом, и его так хочется куснуть.

Вот тут нам и пригодились те самые цурги — специальные длинные палки с небольшими остриями, которыми докучливое существо тыкали в его тупую круглую морду и бока, отгоняя подальше.

— Прокатись-ка на нем, а? Спорю, что такого крупного тебе не удержать, — подтолкнул один шади другого, когда валь-вана уже отвадили от идеи закусить Сухариком.

Неповоротливая многоножка еще огрызалась, но уже потеряла свою цель и старалась держаться подальше от неприятных для нее острых цург.

Его соплеменник по имени Монг, ухмыльнулся и коротко глянул на меня, словно ища одобрения. Я кивнул, подозревая какое-то веселье, и не прогадал.

Шади прислонил к ближайшему дереву свое оружие, скинул куртку, обнажая мускулистый, густо татуированный торс и трусцой побежал догонять валь-вана, которого наши люди отгоняли все дальше и дальше.