Победитель дракона

Та же самая херня: якобы жирные и кровавые пятна на плотной «состаренной» бумаге с обожжёнными краями, пошлятина в виде названий блюд и напитков. Кто бы сомневался, что томатный сок обзовут «кровью невинных младенцев», а абсент – «гнойной вытяжкой».

Дама тоже заметила проявленное внимание и подозвала к себе Наю. Разговора Букашкин не слышал, но, проходя мимо «помыть руки», уловил кусок разговора.

- Ничего плохого с ним не случится от каких-то 5-10 капель крови. Зато я на целую неделю заберу твоего Хатара, якобы для отчёта о состоянии дел в ресторане.

- Да, Великая Госпожа, - кивнула «ведьмочка».

Но лишь стоя перед писсуаром Васька сообразил: женщины говорили не по-русски!

На обратном пути Букашкин обратил внимание, как суетится за барной стойкой гномоподобный хозяин, складывая в стопочку бухгалтерские книги. И пока повеселевшая Ная уточняла у Васи дополнительный заказ, «ходячий шкаф» умчался за выгородку, примыкающую к лестнице, где находился лифт. На хрена лифт в заведении, занимающем всего два этажа, первый и полуподвальный? Тем не менее, популярностью он пользовался: Василий уже дважды видел, как спускающиеся из «нумеров» в него заходили.

А «дама в панаме» (точнее – в шляпке с вуалью) уже подавала откровенные сигналы о том, что будет не прочь познакомиться поближе. Так в чём же дело? И Васька уже через пять минут наливал в бокал Львианны шампанское («последний вздох умирающего», как оно значится в меню). Приятно иметь дело со зрелыми женщинами: и ты не скрываешь своих намерений, и она совершенно точно знает, чего вам обоим нужно от этого «случайного» знакомства…

Без шляпки и вечернего платья дамочка оказалась ещё шикарнее, чем казалась в них.

На вид – года на два старше Василия, правильные черты лица, высокая упругая грудь, идеальная фигура мраморная кожа.

Но всё это перечёркивали… те самые старушечьи панталоны, того же фасона, что Букашкин уже видел на Нае. Просто вопиющим образом оскорбляют эстетические чувства Васи! А раз оскорбляют, значит, от них необходимо немедленно избавиться.

Вот только с этим возникли сложности: Львианна начала упираться, едва он принялся стаскивать их с неё. Да только когда это Василия можно было остановить слабыми женскими «нет, подожди, не сейчас».

Его уже самого колотило от нетерпения, когда пребывающая не в себе от его ласковых рук и губ женщина, наконец-то раздвинула ноги, и он вошёл в неё.

Поразительно! Она оказалась… девственницей.